Он, буквально в пару шагов, вприпрыжку, обошел свою кровать справа, и взял в руки стоявший у стены большой меч. С ним в руках, он подскочил обратно к Кирку, и, перехватив его рукоять правой рукой, со свистом и скрежетом, воткнул его в пол. Толстый светло-серый клинок, и украшенная различными узорами, напоминающими руны на имтердовом языке, рукоять. Клинок, будто произведение искусства истинного мастера-оружейника. Меч из Сколы, редчайшего материала для изготовления оружия. Один его вид вдруг о многом напомнил Кирку, и он с радостью взялся за его рукоять, сразу будто мышечной памятью почувствовав небывалую энергию. Пусть меч и был невероятно тяжел, Кирк поднял его, вытащив из пронзенного на десяток сантиметров каменного пола, словно перышко, и так же легко поднял его у себя над головой. При виде этого Термисорра едва не потеряла дар речи (пускай все это время и так молчала). Теперь Кирк выглядел совершенно иначе, и вид его меча о многом ей говорил. По крайней мере, он говорил ей о том, о чем она сама, ранее, читала в книгах.
– Меч из кости дракона. Помнишь его имя? – баритоном почти хохотал Вольдемар.
– Нет, но его вид меня воодушевляет. – ухмыльнулся Кирк, опуская меч на свое правое плечо.
– А, тьфу ты. – явно недовольный нарушению столь важного момента, махнул рукой Вольдемар. – И все равно, меч созданный мастером Риоэгги из кости убитого тобой дракона – настоящее чудо. Все это время он дожидался тебя здесь, и я сторожил его как зеницу ока. Кости дракона состоят из Сколы, а Скола отлично поглощает окто. Можно сказать, что с помощью этого меча можно разрубать окто.
– Я помню. Спасибо, что сохранил его. Думаю, с меня должок. – все еще думал, не было ли у меча ножен, Кирк.
– Чепуха. – махнул рукой старик. – Тем более, ты сам его здесь оставил.
– То есть, он был здесь еще до начала бунта? – не понял Кирк.
– Ммм? Ты и этого не помнишь? – начал, в размышлениях, гладить седые усы Вольдемар.
Кирк покачал головой.
– Ну, это не важно. Важно то, что теперь он у тебя, и мы снова вместе. Полагаю, теперь мы сможем завершить план, и свалить отсюда. – развел руками старик.
– Свалить, говоришь?
– Да. Наш с тобой и Дювером план был таков – добраться до центральной части со всеми, вместе забежать за мечом, чуть отсидеться, и вместе тихонько выбраться через потайной выход в северной части.
– Мы собирались бежать втроем? Неудивительно, что мы облажались на полпути.
– Мы, три здоровых мужика, убийцы драконов и прочей нечисти. Пока мы не встретили Литого Рыцаря, и ты не скомандовал мне во что бы то ни стало бежать, ты и сам был полностью уверен в наших силах. – снова развел руками старик.
Его дыхание как-то особенно участилось. Кирк был весьма проницателен, и хорошо читал мысли людей по их действиям. Что-то в поведении Вольдемара было не так, и он прекрасно это видел.
– Зачем, ты говорил, ты поставил охрану к камере Термисорры? – с некоторым подозрением, но не меняя лица и тона, Кирк спросил Вольдемара.
– Ты и это забыл, конечно. Я уже говорил об этом…или нет? – изображая задумчивость, водил пальцами по бороде Вольдемар.
– Сам понимаешь – не помню. – ухмыльнулся Кирк.
– Я знаю, что ее сюда посадили за просто так. Вот, скажем, Литой Рыцарь убил немало народу, и не важно почему это случилось – его руки в крови. Но у нее все было иначе.
Уже прошедшее восхищение Термисорры мгновенно перешло в настороженность. «Он знает про меня?» – думала она, внимательно следя за движения закрытых усами губ старика.
– Я заметил, что она не похожа на типичного обитателя Шеагральминни. И все же – что с ней произошло? – решил, так как ранее не получил ответа на подобный вопрос от самой Термисорры, поинтересоваться Кирк.
– Ее семью убили. Так получилось, что единственной подозреваемой была она сама. Хотя, кажется, все знают, что она тут, скорее, жертва…ее все равно сюда упекли. Слава Богам, она попала сюда в то время, когда Коселло запретил стражам издеваться над заключенными. И все равно, я… – запнулся и задумался явно чем-то смущенный Вольдемар.
– Я помню, что случилось с твоими собственными детьми. В этом же есть связь? – вспомнил еще одну важную деталь прошлого Вольдемара Кирк.
– Настоящий мужчина не должен допускать, чтобы невинные дети страдали за ошибки взрослых. Ну, сам понимаешь…
Почему-то, Кирк очень хорошо его понимал. Понимал так, будто…
– Эй, Кирк? Что с тобой? – вдруг ужаснулся Вольдемар, взглянув в лицо на секунду взявшегося за голову правой рукой Кирка.
– Дума…
Это слово сказал Кирк. По крайней мере, так оно должно было быть. Даже со стороны, это выглядело так, будто это сказал не он, а некто другой, кого тот совсем забыл. Он не видел, как ужаснулась Термисорра, услышав это слово. Дума, или же Граф Дума. Человек, убивший ее родителей. Ее настоящий кошмар.
