Шли секунды, и терпение Кирка, понемногу таяло. Да, он был не из тех, кто может, скажем, просидеть в очереди куда-либо час, и не уснуть. Теперь он лишь понимал возможный риск, и принял вполне ясное решение предотвратить возможные последствия такой слежки. Он совсем не ставил под сомнение слова Термисорры, будто уже давно, а не всего, от силы, час, был с ней знаком, и полностью ей доверял. Она, в целом, чувствовала то же самое. Помимо того, она чувствовала, как, по мере сдерживания ей своей внутренней ауры, таковая их преследователя остается на том же расстоянии к ее границам. Говоря проще – некто все время приближался к так и уменьшающейся границе восприятия внутренней силы Термисорры, то есть сокращал дистанцию до нее самой.
Уже через полминуты они начали четко разбирать звуки его шагов. Они становились все отчетливее, и он приближался все быстрее, будто боясь запутаться в развилках коридоров, и потерять наших героев из поля зрения. Больше никаких звуков, кроме шагов, Кирк и Термисорра не слышали. Иными словами – никакого лязга кольчуги, скрипа металлических сапог, вообще ничего. Это только больше настораживало Кирка, уже дрогнувшего при появлении на полу тени того человека. Там, где соединялись центральный путь, по которому пришли Кирк с Термисоррой, левый путь, и правый, где теперь они затаились, по центру на стене висел тускло светящийся кристалл Зоота. Едва тень человека, отбрасываемая кристаллами за поворотом, стала достаточно велика, оба они, Кирк и Термисорра, уже знали, что им нужно было делать, как будто они и вправду так часто, а не всего лишь раз, делали это раньше.
С единичным сильным ударом сердца, Кирк, занеся справа меч, выскочил из-за поворота, а Термисорра, дабы, как и раньше в случае с караулом пятого отряда, ослепить противника, направила свою внутреннюю силу к центральному кристаллу Зоота, от чего тот мгновенно засиял, наверняка ослепив человека, которому Кирк, уже в прыжке занеся меч и нанеся удар, вот-вот должен был снести голову. Возможно, если бы им это удалось, вы бы, сейчас, не читали это. Возможно, ведь этот человек уже терял голову раньше, и спокойно мог вернуть ее на место.
На самом деле, я не ослеп от той вспышки, и вполне смог бы заблокировать удар Кирка, даже при всей его мощи и остроте меча. Я просто не двигался, зная, что так буду в безопасности. По крайней мере, убить меня было бы совсем не так просто, и я бы все равно не имел права винить за это Кирка.
Я, Лиисерким, прозванный Одержимым, последний человек из рода Лиисеркимов, некогда известных аристократов Ирмии, стоял перед Кирком без оружия, без защиты, и совершенно точно внешне не представлял угрозы. Извечная в нашей истории немая пауза едва сопровождалась быстрыми шагами в сторону нас Термисорры, мгновенно пожелавшей узнать, что со мной произошло. Встав рядом с Кирком, держащим меч у самой моей шеи, она всматривалась в черты моего некрасивого, бледного и сморщенного лица. Тонкие губы, все еще держащие подобие улыбки, едва не вставшие дыбом тонкие черные волосы, и совсем маленькие белые глаза, зрачки которых почти совсем тогда пропали. Да, я не буду строить из себя героя – на самом деле я не двигался от оцепенения, не решив в тот момент, что мне следует делать. Выражение лица Кирка, более чем серьезного и сосредоточенного, явно выражало некоторое опасение. Странным для него выглядел мой черный костюм с высоким воротником, металлический посох с наконечником в виде цветка розы в правой руке, и все та же почти безумная улыбка, так не кстати возникшая в подобной ситуации. Улыбка, принадлежащая человеку, будто самому желающему умереть.
– Ты? – вдруг, едва шевеля губами, проговорил Кирк.
– Я? – все еще онемевшими устами кое-как выговорил я.
Больше Кирк ничего не говорил. Я уже встречал его раньше, но не был уверен, что он еще помнит меня. По крайней мере, если бы он помнил, он бы сказал что-нибудь еще. Увы, теперь он молчал, и даже не опускал меч, который я сам вряд ли бы смог так долго удерживать на весу. Похоже, даже в таком состоянии, Кирк обладал невероятной для человека физической мощью.
– Ты знаешь его? – спросила Термисорра, закрывающая собой все еще довольно ярко светящийся кристалл Зоота, из-за света которого я, теперь, даже не смогу описать выражение ее лица. Которое, тем не менее, было бы вполне не сложно определить обычной логикой.
– Возможно… – не менял лица Кирк.
– Тогда…Не могли бы вы убрать этот меч от моей шеи? – уже чуть придя в себя, спросил я.
– Может быть, сначала, начнем небольшой допрос? – еще серьезнее прищурил глаза Кирк.
– Ох, Боги…Я совершенно бессилен. – сглотнул я, еще пытаясь не показывать волнения.
– Имя?
– Лиисерким.
– Из рода Лиисеркимов? – вдруг удивилась Термисорра, явно слышавшая или читавшая о нас раньше.
– Боюсь, теперь я сам – род Лиисеркимов. – пожал плечами я, левым чуть-чуть коснувшись клинка меча Кирка. Клинок даже не двинулся – Кирк держал его слишком крепко.
– Зачем ты следил за нами? И почему вообще сюда пришел? – продолжал допрос, хотя и заметно спокойнее, Кирк.
