– Да, чертовски хорошую, – сказал он, все еще с каменным лицом. – Ты же знаешь, что моя дребедень продается все лучше и лучше ... все эти горожане любят ее, потому что она такая дикая и живая. Это может быть большим событием.
Я чувствовала себя так, словно меня ударили под дых. Иззи ... Как я ей скажу? Боже. Я никак не могла осознать это.
– Все еще ненавидишь меня, Мел? – тихо спросил он. Я покачала головой, потому что не хотела ... конечно, не хотела ... мысль о том, что он снова уйдет, причинила мне такую же боль, как и в первый раз. В этом, конечно, и заключалась проблема ... не то чтобы мне было наплевать на него, но это меня слишком сильно взволновало. – Ты действительно хочешь, чтобы я ушел?
– Нет, – прошептала я, и это было правдой. – Я хочу сказать, что хочу, чтобы у тебя была такая возможность, но ... Боже, это убьет Иззи. А как насчет клуба?
– Несмотря на то, что ты об этом думаешь, они мои братья. Им на самом деле не насрать на мое счастье.
Боже. Я вздрогнула, несмотря на жару, бившую через внедорожник.
– Ты ведь уже согласился, не так ли? Ты уходишь от нас.
Пэйнтер рассмеялся, но в его смехе не было ни капли юмора.
– Нет, Мелани, – мягко сказал он. – Вовсе нет.
– А почему?
– Потому что я скорее умру, чем потеряю свою дочь. Это мой дом, Мел. В детстве моя жизнь была дерьмом. Отца не было. Моя мама ни черта не стоила, и как только я попал в систему, все было кончено. Ты думаешь, они могут предложить мне в Нью-Йорке что-нибудь более ценное, чем то, что я уже получил здесь? У меня есть второй шанс с Иззи, и я никогда не отпущу ее.
Засопев, я поняла, что мои глаза начинают слезиться. А, черт. Я ненавидела, когда плакала. Ненавижу. Это. И как он посмел повернуть все это против меня? Его я ненавидела тоже.
Слава Богу, он не бросил нас.
– Рада, что ты остаешься, – выдавила я из себя. Пэйнтер фыркнул, затем переключил передачу и вырулил на дорогу. Я шмыгнула носом, когда он направился к моему маленькому домику в Фернане. Он был небольшой, но у него был огороженный двор, в котором Иззи любила играть. Мало того, когда-нибудь он станет нашим.
Никаких домовладельцев, беспокоящих нас. Никаких договоров аренды или повышения арендной платы.
Больше никогда.
– Это было лестное предложение, – признался Пэйнтер, отказываясь от «Шермана». – Но я уже потеряла слишком много из жизни Иззи. Не говоря уже о том, что я чертовски ненавижу города. Слишком много проклятых людей. Все равно, что снова оказаться в тюрьме.
Это заставило меня рассмеяться, жалкий звук, но все же лучше, чем плач.
– Прости, что назвала тебя мудаком, – сказала я после долгого молчания.
– Все в порядке, – ответил он. –
Боже, но я хотела верить ему. Слишком сильно хотела этого.
* * *
После этого мы не разговаривали, и через десять минут подъехали ко мне. Лони выросла здесь и жила до тех пор, пока не переехала к Ризу. Не в этом же доме, конечно. Тот сгорел из-за утечки газа. Она использовала страховые деньги, чтобы восстановить дом, и сохранила его в качестве арендной платы. В прошлом году я пришла к ней и сделала предложение, спросив, могу ли я купить его по контракту.
Когда она сказала «Да», я с трудом в это поверила.
– Не забудь, завтра я веду Иззи на семейную вечеринку в клуб, – сказал Пэйнтер, когда мы остановились на подъездной дорожке.
– Помню, мы с ней собираемся утром испечь печенье. Она хочет привезти что-нибудь, как это делают большие девочки, – сказала я ему. Он улыбнулся.
– Знаешь, ты могла бы поехать с нами.
Я вздохнула и закрыла глаза.
– Наверное, у меня будет похмелье, – призналась я. – Пожалуй, лучше останусь дома. Накопилось много белья, нужно наверстать упущенное.
– Трусиха.
На этот раз я не стала спорить.
– Спасибо, что подвез, – сказала я, глядя на него. Он задумчиво смотрел на меня в темноте.
-– Это еще не конец.
Я не могла придумать, что сказать в ответ, потому что знала, что он прав.
Это никогда не закончится между нами.
Глава 20
