Брафен разлила вино и намерена была уйти из палаты, однако Кагемендра махнул ей рукой. — Садись, кастелян. Останься с нами.
— Так не делается, сир. Полагаю, они готовы на меня всячески жаловаться. К тому же я должна потрудиться и подготовить вашу спальню.
— Сиди. Спальня подождет.
Айгур подался вперед: — Милорд, я сказал вам, когда мы первый раз проехали через ворота, и повторю сейчас. Ваш папаша был совсем свихнутый. Мы закопали его, не проронив слезинки — ну, разве что от облегчения. Даже слуги плевали на его тень. Да, они сразу сбежали. Теперь все тут ваше, сир, и по праву. Слышал, вы нашли жену. Отлично. Буду надеяться, что у нее сильный дух, что ножки вашей кровати подломятся, сир. — Он схватил бокал с вином и добавил: — Ваше здравие, милорд! — выпил залпом и откинулся на спинку стула.
Повисло долгое молчание. Потом Траут ткнул пальцем в Айгура: — Вот почему никто тебя не любит, Лот, разве что твою готовку. Деликатен, как свинья на скатерке.
Всеобщее внимание привлек далекий стук. Брафен встала. — Кто-то у ворот, милорд.
— А, — ответил Кагемендра — это должны быть сержант Севарро и ее дезертиры. Айгур, скорее вернись на кухню и готовься кормить гостей. Их может быть десятка два или еще больше.
Тихо выбранившись, Брафен поспешила к воротам. Айгур встал, захватив графин. — Сир, — сказал он, — они могут передумать.
При этих словах хор завываний донесся с задов усадьбы.
Кагемендра взглянул на едва начатый ужин и тоже поднялся. — Ну, да. Предупреждение не будет лишним в таких обстоятельствах. Но сомневаюсь, что они передумают — идти больше некуда.
— У них лошади, сир?
— И мулы, Айгур.
Траут со стоном встал. — Прослежу, чтобы они встали в конюшню, сир. И посторожу первым.
Когда Кагемендра добрался до ворот, Севарро, Ристанд и шестеро хранителей уже окружили Брафен, а та преграждала путь, подперев створку плечом. Завидев Кагемендру, Севарро повеселела, но тут же лицо исказилось гримасой страха.
Брафен оглянулась. — Милорд, они слишком упрямы.
— Назад, кастелян.
— Милорд, я против такой невежливости. В их положении не настаивают.
— Согласен, Брафен. Но мы хотя бы предоставим им место во дворе и конюшню для животных. Сержант Севарро, не соблаговолишь оттеснить своих? Ситуация тут не так проста, как вам кажется. Впрочем, я передумал: ведите их сюда, во двор, а мы с тобой и твоим товарищем познакомимся заново.
Брафен отступила, позволив отряду влиться во двор. Кагемендра заметил, что ряды не поредели, несмотря на новость о возвращении Калата Хастейна. Напряжение во дворе каким-то образом ощущалось щенками, они выли. Лошади и мулы паниковали на пороге, заводить в стойла их приходилось с трудом. Кагемендра жестом велел Саварро отойти с ним на двенадцать шагов.
Ристанд присоединился к ним. Здоровяк кривился и злобно смотрел на Брафен.
— Лорд, простите, — начала Севарро. — Вы не назвались…
— Нет нужды извиняться, сержант. Я не мог просветить вас о положении дел в имении, сам не знал. Ну, похоже, спор, за которым я оставил вас, разрешился неожиданным образом.
— Мы голосовали, милорд, и пошли за большинством. Решили продолжить путь. Витрово проклятие на Калата. Он оставил слишком многих друзей помирать на склонах того холма.
— Кастелян нас огорчила, — скривил губы Ристанд. — Кто так приветствует? Тут холодно. Солнце садится. Ночь обещает быть морозной. У меня болят ноги, я голоден. Говорю тебе, Севароо: это новая эпоха, такая, в какую никто никому не помогает. Куральд Галайн становится королевством беженцев. Это негодная жизнь.
— Ты хоть раз заткнешься, Ристанд?
— Почему бы? — Он махнул в сторону Кагемендры. — Даже хозяин имения отговаривал нас идти сюда. Зачем бы он сказал о возвращении Калата в форт? Хунн Раал кругом прав — бейся за соратников и в Бездну остальных!
Кагемендра откашлялся. — Добро пожаловать, хранители. Но мое приглашение следует…
— О чем это он? — Голова Ристанда резко развернулась в сторону сержанта. — Что это должно значить?
— Я о том, — продолжал Кагемендра, — что у нас заложники Джеларканов. Дети. Но почти столь же злые, как волки. Ваши лошади и мулы не в безопасности, хотя мы постараемся организовать охрану конюшен.
— Джеларканы? — Ристан вцепился в спутанную бороду. — Видала, Севарро? Что я говорил! Следует. Он зовет нас в логово волков-оборотней! Накормим их лошадками, может, они не посмотрят голодными глазами на нас самих! Ну, нужно было голосовать против тебя.
— Ты первый завел речь о том, чтобы идти сюда!
— Потому что лорд не сказал правду.
— Он не знал!
— Теперь знает!
— Ристанд, вали с глаз моих, или я порежу тебя на кусочки! Последи за животными, назначь стражу. По двое круглые стуки.
— Они заложники, сержант! Мы не можем вредить им, даже если нам отгрызут пятки!
— Просто отгоняйте. Плашмя. Милорд, сколько здесь заложников — Джеларканов?
— Двадцать.
— ДВАДЦАТЬ! — взвизгнул Ристанд.
