— Хватит прорицаний, — рявкнул Скабандари. — Он единственный сын лорда Урусандера. Он нужен отцу, хотя бы чтобы помнить о будущем. Более того, он нужен Куральд Галайну. — Скабандари шагнул прямиком к рыжеволосой, только сейчас обернувшейся навстречу гостям. Что-то жадное в ее взоре заставило его замереть.
Она же уделила ему лишь мгновенный луч внимания, набросившись на К'рула. — Ты! Ага, теперь вижу. Это волшебство — твое дело. Идиот. Почему оно противится мне?!
— Ты Азатеная. Моя кровь не для тебя.
— Ты помешал мне, — сказала она и метнула взгляд на Скиллена Дро. — И еще ты! Я же сказала, что не желаю тебя видеть!
Во взгляде ассасина на К'рула мелькнуло нечто тоскливое.
'«рул покачал головой и ответил женщине: — Ардата, вели драконицам вернуться. Скиллен Дро пришел не лить кровь. Нас всех ждет большая сделка.
— Сделка? — Улыбка Ардаты не была приятной. — О, они будут наслаждаться.
Скабандари указал острием клинка на Ардату. — Оссерк под моей защитой, — заявил он. — Найдите другую жертву.
Женщина скривилась, но тут же пожала плечами. — Кажется, предложение выросло. Иди же, вытри ему нос. Но если я решу, что Оссерк лучшая из жертв, возьму его и убью тебя, если станешь на пути. — Она указала на сжавшегося юнца. — Он этого стоит?
Оссерк поднял голову, раскрыл покрасневшие глаза. Увидел Скабандари и взвизгнул: — Возьми лучше его!
Драконы больше не висели над головой, хотя Скабандари не помнил, чтобы они улетали; из сумрака показались две женщины-Тисте.
— Кодл, гляди, еще воин! По одному на каждую!
К'рул кашлянул. Звук, тихий, тем не менее привлек всеобщее внимание. — Мы в затруднении, — сказал он. — Ардата, ни Оссерк, ни Скабандари не подходят для запечатывания.
— Как это?
— Я о том, что все живущие в этом мире Тисте несут в себе кровь Элайнтов. Хаос царит в сердцевине их душ. Если пошлешь во врата Оссерка, он ничего не запечатает. Скорее стареет сигналом для тебе подобных. Так же и Скабандари.
Ардата взвилась. — Вы, вы об этом знали? — крикнула она женщинам.
Та, что звалась Кодл, пожала плечами: — Может быть.
— А может, нет, — сказала другая.
— Вы вели нечестную сделку!
Брови Кодл взлетели, она поглядела на подругу. — Неужели ты, Телораст? Я вот не помню.
— Ты просила щенка и… что еще? О да, насчет Килмандарос. Вот и все, Кодл. Итак, мы торговались честно.
— Я так и думала. — Кодл обернулась к Ардате. — Решение насчет Оссерка было твоим. Мы ни при чем. Но я могла намекнуть, по природной щедрости, на некоторый риск, связанный с аспектом врат.
— Она не поняла намека, — заметила Телораст, сурово глядя на Ардату. — Азатенаи считают себя такими умными…
— Элайнты, — вмешался К'рул, — Скиллен Дро желает искупить вину. Он как раз предлагает запечатать рану своей душой.
Скабандари уловил движение у входа в храм, обернулся и увидел шатающуюся, огромную фигуру. Отступил к Оссерку, который так и стоял на коленях, и решился глянуть вниз. — Милорд? Думаю, пора вернуться домой. Не согласны?
Утирая лицо, Оссерк кивнул. — Я был… Скабандари, меня жестоко использовали.
— Точно подмечено, милорд. — Скабандари отвлекли женщины-Тисте, подбиравшиеся к нему.
— Весьма великодушно, — шепнула Кодл полным обожания голосом. — Истребитель Драконов ищет искупления. Неужели честь не умерла в давние века? Похоже, нет. Что ж, во имя моего рода, мертвых и живых, я принимаю твое предложение, Скиллен Дро. Запечатай Старвальд Демелайн.
— Есть одна загвоздка, — сказал К'рул.
Женщины разом обернулись к нему. — А, слышишь, Кодл? — пропела Телораст. — Никогда легко не будет, да?
— Мне нужны вы обе. Фактически мне нужны все Элайнты, пришедшие в мир.
— И ради чего? — спросила Кодл.
— Охранение.
Повисла пауза. Потом Телораст прошипела: — Врата Волшебства!
— Мои Садки, да. В благодарность вы сможете питаться любимым аспектом.
— Садки. Отлично названо, Азатенай.
— Но вы не станете препятствовать смертным, что пожелают вытягивать мою магию.
— Тогда против кого мы будем стоять на страже?
— Против Азатенаев. И других Элайнтов.
Ардата резко вмешалась: — Эти тебя отвергнут, К'рул. Они ищут Трон Тени, ждут появления Серого Берега. Совсем разум потеряли.
К'рул пожал плечами. — Им нужно лишь довести предложение до сородичей. Что случится на Сером Береге, еще не известно. — Он смотрел на Тисте. — Ну?
Кодл скривилась: — Кажется слишком щедрым. Как все дары. Где же наши убытки? Наши жертвы? К'рул хитер, он самый хитрый среди Азатенаев. Я полна сомнений.
— Я поистине слишком щедр, — отозвался К'рул. — Вот мой резон: другой Азатенай ищет способ узурпировать Садки, полностью их испортив. Если он преуспеет, даже Элайнтов в нашем мире ждет ужасная судьба. Контроль над моими Садками совершенно необходим, потому я обращаюсь лишь к тем, что стать стражами — даже хранителями — моей магии.
— Ишь, как улещивает, — сказала Телораст.
— Он просит всего лишь передать предложение, — сказала Кодл. — Мы с тобой, любимая, ничего не теряем.
— Верно.
К'рул пожал плечами: — Вы отказываетесь лишь от выбора Садков. Истинная одержимость: вы готовы отказаться от них ради трона, который может и не явиться. Разумеется, выбор ваш.
