Держа руки на виду, они вышли из «Нивы». Из «Туарега» выскочил Виктор. В джинсах, пёстрой рубахе навыпуск и кроссовках он выглядел вполне презентабельно.
«И не узнать! – отметил про себя Ворон. – А под рубахой – пушка, сто процентов!» Впрочем, у него тоже правый карман оттягивал наган и это успокаивало.
С водительского места «Туарега» не торопясь вылез прапорщик Сергей Осокин. На брата он был похож лишь узко посаженными глазами, комплекцией же оказался чуть ли не в два раза толще.
– Привет! Привет! – Они обменялись рукопожатиями.
– Все в силе? – спросил Ворон.
– У нас – да, – кивнул прапорщик.
– Вот деньги. – Ворон достал из-за пазухи пачку стодолларовых бумажек в полиэтиленовом пакете и тут же спрятал обратно. – Где стволы?
– Сейчас подвезут. – Виктор извлек мобильную радиостанцию, поднес к губам.
– Катер-05, я причал! Швартуйся!
– Принял, подхожу! – прохрипел динамик.
«Умно придумали, – подумал Ворон. – При перехвате похоже на переговоры порта… У них это дело хорошо отработано!»
– Мы тоже вторую машину подгоним, – сообщил Ворон. – Возражений нет?
– Нет.
– Только мне надо пушку достать. Сигнал – выстрел.
– Валяй, – равнодушно сказал старший Осокин и сунул руку в карман.
Ворон медленно вынул наган, медленно поднял в небо и выстрелил. Потом так же медленно спрятал.
Через несколько минут из чащи появился оранжевый «Москвич». Кроме водителя – коротко стриженого ровесника Сергея – в нём никого не было. Почти одновременно на дороге со стороны озера появилась набитая пассажирами вишнёвая «девятка».
– Ты решил сюда весь тиходонский рынок стянуть? – спросил прапорщик. – Зачем столько народа?
– Без обид! – ответил Ворон. – Я же с тобой первый раз дело имею… Надеюсь, не последний!
– Пусть сидят в машинах. И мой, и твои.
– Ладно.
Сергей открыл багажник «Москвича», полный скошенной травы. Отложил в сторону лежавший сверху серп, поковырялся в траве, достал свёрнутый тяжелый мешок, положил на землю и развернул. На мешковине лежали три пээма, два автомата Калашникова с деревянными прикладами, несколько полных магазинов к ним, небольшая сумка с пистолетными патронами и три зеленых гранаты – две с гладким корпусом и одна с рифленым.
– Всё, как договаривались?
– Ну да…
– Забирайте. А мне деньги. – Он протянул руку.
Ворон положил на твердую ладонь пачку купюр, прапор передал ее водителю «Москвича», а тот принялся сноровисто считать, время от времени просматривая очередную стодолларовку на просвет.
– Попробуем, пока? – Прапор приложил к плечу автомат, направил в небольшую канаву. – Тра-та-та! Тра-та-та!
Две короткие очереди разорвали лесную тишину. Вверх полетели клочья земли и куски сухих веток.
– Что ты делаешь?! Сейчас сюда весь город сбежится!
– Нет, – хладнокровно покачал головой прапор. – «Зеленка» рассеивает звук и гасит. Метров через восемьсот уже не слышно.
– Тра-та-та! Тра-та-та!
– Попробуйте пистолеты, – предложил Виктор.
Ворон и Губатый выстрелили по несколько раз из каждого «пээма». Все работало.
– Гранаты пробовать будете? – то ли в шутку, то ли всерьез спросил прапор.
Ворон покачал головой.
– Гладкие – «эргэдэшки», ими можно метров на десять бросаться, – пояснил Сергей. – А это – «эфка», у нее разлет на двести метров, так что аккуратней. Все?
– Нам рации нужны, такие, как ваши, – сказал Ворон. – Штуки четыре.
– Решим! – кивнул прапор. – А такие штуки нужны?
Он расстегнул рубашку, показав черный пуленепробиваемый жилет.
– Конечно. Тоже четыре!
– До новых встреч! – Продавцы вскочили в «Туарег», и через минуту обе их машины исчезли, оставив только запах выхлопов, смешивающихся с пороховыми газами.
– И мы поехали! – Ворон махнул рукой.
«Нива» с «девяткой» тоже покинули поляну, на которой к резиновым контрацептивам, шприцам и бутылкам добавилось десятка полтора стреляных гильз. Все нервничали, а может, это был «отходняк», но машины рыскали, прыгали на ухабах, сидящие в них подскакивали на сиденьях. Наконец, они вырвались на асфальт и набрали скорость.
– Здорово у них все отработано! – сказал Губатый. – И полное спокойствие. Хотя их трое, а нас – целая банда!
– Наверняка выучка и оружие у них посерьёзнее, – отозвался Ворон. – Если что – покрошили бы нас всех, хоть их и меньше.
Через несколько минут машины въехали в Тиходонск.
Хотя день был нервным и насыщенным, из офиса измотанный Ворон позвонил Марине. На этот раз она сразу взяла трубку.
– Привет! Хочу тебя забрать с работы. Говори адрес!
Она молчала.
– Ты что, онемела? Да не бойся, я живой! Эти дятлы перепутали…
– Да знаю… Просто думаю, как разбросать дела… Ладно, к половине седьмого постараюсь освободиться. Записывай: Маяковского, 88.
