– Да!.. Нет!… Ты не понял,– запуталась Юля,– Я имею в виду, он может быть лучше. Мне в нём просто кое-что не нравится… многое. То, что он делает, как он думает…
– А что же остаётся? Что тебе в нём нравится?
– Только он сам,– тихо ответила Юля.
– Это очень серьёзно.
– Я просто хотела, чтобы она помогла ему… ну, разобраться в себе, что ли?– помолчав, продолжила девушка,– Он же с самим собой не в ладу. Постоянно думает… какие-то нелепые мысли ему в голову лезут, идеи бредовые… Ничего важного для него не существует. Он даже жизнь не ценит. Я его иногда не понимаю… и боюсь… за него. Нельзя так жить… А у меня уже не хватает слов… Он меня не слушает,– Юля вновь была готова заплакать. Тим встал с дивана, присел на корточки перед сжавшейся в комочек Юлей и привычным движением спрятал её руки в своих ладонях.
– Я уверен,– проникновенно заговорил он,– Ида сумеет, непременно сумеет до него достучаться. У них особая связь, небесная… Как у нас с тобой. Ты ведь мне веришь? Чувствуешь, что я смогу защитить тебя?
– Я верю,– прошептала Юля.
– И он поверит!– убеждённо сказал Тим.
От его рук шло ровное тепло, Юля чувствовала, как оно разливается по всему телу. Безмятежное счастье, как в детстве. Полнейшее чувство защищённости. Свобода и спокойствие. Юля уже давно не ощущала ничего подобного.
– Как нам с вами повезло,– тихо сказала она,– Мне было так нужно…
Девушка не договорила, но Тим и так её понял. Так просто – всё будет хорошо, я знаю, я проверил.
– Я так хотела верить… Нет, я верила, но так хотелось, чтобы мне подтвердили… что я не ошиблась. Я хотела знать правду. А теперь знаю. Ты – правда.
– Я – правда,– Тим усмехнулся. Трудно было поспорить.
* * *
Иде раньше не приходилось бывать в этом районе. Больше всего это напоминало промзону. Бесконечная дорога вдоль шоссе тянулась и тянулась, поднимаясь вверх, невдалеке изредка стучали колёсами товарняки, машин было мало, и все они ехали навстречу Иде, будто сбегая оттуда, куда направлялась она. Темнело, и вместе с сумерками наползал липкий страх, издевательски-вкрадчивый, деликатный, но такой неотвратимый, что Иде к моменту, когда за очередным поворотом показались две уродливые серые многоэтажки, хотелось выть. Однако, даже мысли повернуть назад не возникало, не могло возникнуть. Вроде, именно это у людей называется храбростью – боюсь, но делаю! И чем сильнее боюсь, тем решительней иду вперёд. И она шла. По пустырю, мимо ржавой ограды с кое-где вырванными и погнутыми прутьями, прямо к мрачным высоткам. Точне, к ближайшей из них. Зайдя в грязный подъезд, Ида попыталась выровнять сбившееся дыхание, потерпела неудачу и, наплевав на гостеприимно распахнутую кабину изрядно загаженного лифта, поплелась вверх по лестницы на четвёртый этаж.
Нужная квартира встретила её обшарпанной железной дверью с солидным на удивление дорогим замком. Храбро нажав на липкую кнопку звонка, Ида достала кинжалы и спрятала их за спину. Опасно, опасно и тоскливо, она это чувствовала… Дверь открыл тощий молодой парень с длинными немытыми волосами.
– Чего?– осведомился он тихим бесцветным голосом.
– Я к Антону,– заявила Ида, пытаясь заглянуть в глубь квартиры. Однако, парень полностью закрывал собой обзор.
– Это кто?– пробубнил открывший и внезапно начал раскачиваться из стороны в сторону,– Кто? Кто?..
Парень осел на пол, дверь тихонько распахнулась шире. Не на шутку струхнувшая Ида осторожно коснулась его кинжалом – юноша обвалился всем телом навзничь, его дыхание выровнялось, лицо приобрело безмятежное выражение. Он уснул. Ида аккуратно переступила через него, прикрыла дверь и побрела вглубь квартиры, держа кинжалы наготове.
Квартира оказалась неожиданно огромной. Впрочем, на коммуналку она не походила. Сразу из прихожей Ида попала в маленькую клетушку без окон с одной-единственной софой, на которой блаженно похрапывал некто, с головой завернувшийся в некогда светло-коричневый плед. Откуда-то из недр квартиры доносился гитарный перебор и донельзя фальшивое пение. Ида храбро пошла вперёд, миновав ещё одну комнату. Казалось, аппартаменты перепланировывал настоящий псих, здесь начисто отсутствовали коридоры и двери между комнатами. К тому же ремонт тут явно делали не меньше пары десятилетий назад. Вообще квартира напоминала места, где полвека назад обычно тусовались хиппи. Следующая комната оказалась просто необъятной, здесь даже присутствовало окно, выходившее на пустырь, однако, она тоже оказалась практически пустой. Исключение составляла тощая девчонка, лежавшая прямо на полу; её голова покоилась под небольшим столиком, а длинные ноги в изодранных колготках, едва прикрытые коротенькой юбчонкой, были вытянуты к дверному проёму. Ида, едва не споткнувшись о красавицу, быстро присела на корточки и осторожно потрясла девушку за плечо.
– Эй, вы меня слышите?..
– А-а-а!– внезапно заорала девчонка, приподнимая голову. Ида испуганно отпрянула.
