— Слушай, Люси, я не имею в виду… — Она замолчала. — Хорошо, помимо того, что ты заставила меня зря потратить добрых двадцать минут сегодня утром, у меня еще не возникало проблем с тобой. На самом деле, я думаю, ты это нечто интересное. Что-то свеженькое. Возвращаясь к сказанное мною раньше… я не знаю что такое по-твоему «дружба», но если ты ожидала чего-то слащаво-сентиментального здесь в "Мече и Кресте"… Так что позволь мне быть первой, кто просветит тебя. Здесь это не так. Все кто попадает сюда, имеют хороший багаж за спиной. Я говорю "curbside check-in",[8] неплохая плата за более чем пятидесяти фунтового рода багаж. Ну, теперь поняла?
Люси пожала плечами, чувствуя себя неловко. — Это был просто вопрос.
Арриан засмеялась.
— Ты что, всегда оправдываешься? Что, черт возьми, такого ты сделала, чтобы попасть сюда? — Люси не хотелось говорить об этом. Возможно, Арриан была права, ей будет лучше, если она перестанет пытаться завести здесь новых друзей. Она спрыгнула вниз и вернулась к очистке подножия памятника от мха. К сожалению, Арриан была слишком заинтригована. Она тоже спрыгнула вниз, и приперев ее к памятнику, стала злорадно канючить:
— Ох, ну скажи мне, скажи же, — издевалась она. Лицо Арриан было так близко к лицу Люси. Это напомнило девушке о вчерашнем дне, когда она присела над Арриан, бившейся в конвульсиях. У них был момент, не так ли? И одна часть Люси очень хотела бы выговориться перед кем-то. Это было такое долгое, душное лето с родителями. Она тяжко вздохнула и оперлась лбом о ручку своих грабель.
Рот наполнила противная горькая слюна, сильно затошнило, но она никак не могла проглотить эту горечь. Последний раз, она описывала события той ночи в зале суда. Она хотела как можно быстрее забыть обо всем но, чем дольше Арриан смотрела на нее, тем отчетливее слышались слова, готовые сорваться с кончика ее языка.
— У меня было свидание с парнем той ночью, — начала свой рассказ Люси, делая долгий, глубокий вдох. — И там произошло что-то ужасное. — Она прикрыла глаза, молясь про себя, чтобы память не представила ей красочный отчет. — Там случился пожар. Я выжила… а он нет.
Арриан лениво зевнула, совершенно не испуганная ее признанием.
— В любом случае, — продолжала Люси, — я совершенно не помню всех подробностей. Я рассказала судье все что помнила, но это так мало. В общем, я полагаю, они решили, что я тогда типа спятила. — Она попыталась улыбнуться, но это потребовало усилия. К удивлению Люси, Арриан обняла ее за плечи. И на ее лице она увидела искреннее сочувствие. Затем на ее лице опять появилась усмешка.
— Нас часто не так понимают, не так ли? — Она ткнула Люси в живот пальцем. — Ты знаешь, Роланд и я только что говорили о том, как так могло случится, что у нас нет ни одного стоящего пиромана. Ведь всем известно, что для по настоящему крутой выходки здесь просто необходим хороший пироман. — Она явно уже что-то замышляла. — Роланд подумал, может тот другой новенький, Тодд. Но я предпочла бы разделить эту участь с тобой. Нам стоит посотрудничать как-нибудь.
Люси тяжело сглотнула. Она никогда не была пироманом. Но она так давно не говорила о случившемся, что она даже не поняла, как может воспринять ее признание кто-то вроде Арриан.
— Ооо, подожди. Вот когда твою историю услышит Роланд… — сказала она бросая свои грабли. — Люси, да ты же просто наша сбывшаяся мечта.
Люси открыла было рот, чтобы возразить, но Арриан возле нее уже не было. Прелестно, подумала Люси, прислушиваясь к звуку удаляющихся шагов, хлюпающей по грязи Арриан.
Теперь понадобится всего несколько минут, чтобы эта чудовищная сплетня обошла все кладбище, и достигла ушей Даниэля. Оставшись одна, она вновь посмотрела на статую. Хотя она уже отчистила огромную кучу мха и мульчи, Ангел выглядел даже грязнее, чем раньше. Вся уборка вдруг показалась ей совершенно бессмысленой. Она сомневалась что кому-нибудь взбредет в голову посетить это Богом забытое место. Она также сомневалась, что другие наказанные по-прежнему работают.
Ее взгляд снова упал на Даниэля. Он работал. Он очень старательно счищал проволочной щеткой какую-то плесень с бронзовой таблички на могиле. Он даже закатал рукава своего свитера, и Люси могла видеть перекатывающиеся под кожей мышцы, когда он напрягал руки. Она грустно вздохнула, и словно смирившись с собственным безволием, оперлась локтем о фигуру Ангела и стала наблюдать за ним.
Люси быстро мотнула головой. Откуда взялась эта уверенность? Все это странно. И все же, эта мысль принадлежала ей, и она казалась до странности правильной. Это была одна из тех фраз, которые иногда приходили ей на ум, прежде чем, она проваливалась в сон. Странные фразы, слова, которым она никогда не придавала значения. Зачем, ведь это лишь сны. Но сейчас-то она не спала. Так больше не может продолжаться, надо положить конец этой проблеме по имени «Даниэль». Она знала его всего второй день, но уже чувствовала себя словно неудержимо скатывается в глубокую пропасть.
