Заведение оказалось чистеньким и аккуратным, в небольшом зале стояли светлые деревянные столы, накрытые разноцветными скатертями. Позади застекленного прилавка со всякими вкусностями висела большая доска с написанным мелом меню.
Принюхавшись, Джеймисон застонала.
— О боже, ну и аромат! Только из-за него съела бы тут все до крошки!
Из-за занавески позади прилавка вышла женщина — худая, усталого вида, со скорбными морщинами на лице и основательно тронутыми сединой волосами. Но при виде посетителей она приветливо улыбнулась, а в глазах у нее мелькнул живой огонек.
— Что желаете? — спросила она.
— Два больших кофе с собой, — отозвался Декер.
Джеймисон ткнула пальцем в стекло прилавка.
— Это что, морковные маффины?
— Они самые, мэм.
— Обалдеть! Дайте два.
— Отличный выбор. Свеженькие, прямо из печки. Я — Линда Друз. Я тут хозяйка.
— Приятно познакомиться, Линда. Я — Алекс, а это Амос. Кстати, а почему павлин?
— Когда я была маленькой, то постоянно просила родителей купить мне павлина. Никто, понятное дело, мне его не купил. Теперь вот мечта сбылась. Да и вывеска приметная — по крайней мере, народу нравится.
Пока Друз готовила их заказ, Декер заметил:
— А у вас тут вроде все новенькое.
— Меньше года как открылась. Я всегда обожала что-нибудь печь, так почему бы на этом не зарабатывать? И люблю быть сама себе начальницей. Дело выгодное. Тем более что фулфилмент-центр под боком. Народ оттуда валом валит. Набегаются там, натаскаются тяжестей — и сюда, заморить червячка… Аппетит на такой работе небось зверский разыгрывается.
— Спору нет, — кивнул Декер.
Наливая кофе, Линда Друз поинтересовалась:
— А откуда вы про нас узнали?
— От Синди Райли.
— А, понятно… Очень милая девушка. Молодец, не только свой бар рекламирует, но и про соседей не забывает! Этот город только такими вот дружными усилиями и можно к жизни вернуть.
— Она и про сына вашего рассказывала. Они вроде дружили.
Друз, которая уже наклонилась над прилавком, чтобы длинными щипцами достать из-под стекла заказанные маффины, при этих словах застыла.
— Синди рассказывала вам про Кита?
— Угу. Очень печальная история.
Хозяйка медленно опустила маффины в бумажный пакет.
— Он у меня был единственным ребенком. От такого никогда не оправишься.
— Это уж точно. Синди говорила, передозировка? — продолжал Декер.
Друз кивнула.
— У Бэронвилла целая куча проблем. Но самая большая — наркотики. Должна признаться, что и сама на них плотно сидела, но теперь, слава богу, давно в завязке. Подсела вначале на перкоцет, а потом стала «миксером».
— «Миксером»? — недоуменно переспросила Джеймисон.
— Мешала перкоцет с «окси», ксанаксом — черт, да с чем я его тогда только не мешала! По двести таблеток в неделю уходило. — Она поставила пакет на прилавок. — Сколько, по-вашему, мне сейчас лет?
Декер смущенно пожал плечами:
— Я в определении возраста особо не спец.
— Только что всего лишь пятьдесят исполнилось.
При виде их удивленных взглядов она печально улыбнулась:
— Наркота красоты не прибавляет. Сама знаю, что выгляжу на шестьдесят пять.
— Главное, что вы победили эту зависимость, — сказала Джеймисон.
Друз даже стукнула обоими кулаками по прилавку.
— С этим каждый день приходится бороться! Да, сегодня я чиста. Но что будет завтра? Никто тебе не скажет.
— Вы так свободно обо всем этом рассказываете… — произнесла Джеймисон. — В смысле вы ведь нас совсем не знаете.
— Есть опыт — в наркологических центрах только про это и рассказываешь. Нужно целиком на этом сосредоточиться, только про это и думать. Полностью раскрыть душу, если хочешь чего-то добиться. Я всякие способы испробовала, поскольку то, что действует на одного, необязательно подействует на другого. Но в конце концов слезла, слава богу. Тяжелей этого ничего в жизни не испытывала.
— Но Киту этого не удалось? — спросил Декер.
Друз, которая начала было выбивать чек, опять остановилась.
— Нет. — В глазах у нее стали набухать слезы. — Родители не должны переживать своих детей, но я пережила Кита. Он умер шестнадцать месяцев назад. В следующем месяце ему исполнилось бы двадцать девять.
— Мне так жаль, — произнесла Джеймисон.
— Но, по крайней мере, у вас есть пекарня, — обронил Декер, потихоньку подводя разговор к намеченной теме.
— Ну, это на самом-то деле благодаря Киту.
— Как так? — якобы удивился Декер.
— У Кита был полис страхования жизни на миллион долларов, а выгодоприобретателем он назначил меня. Иначе бы в жизни мне это дело не осилить. Тут одни печи целое состояние стоят.
Она прервалась, поскольку Джеймисон протянула ей кредитную карточку, чтобы расплатиться за кофе и маффины.
— Лучше б у меня был сын, — глухо добавила Друз, глядя куда-то в пространство.
— Ну все равно повезло, что у него был полис, — поспешил заметить Декер. — Наверное, ему на работе оформили?
