Джулия. Оставь его в покое.
Джейн. А если звонит он?
Джулия. Нет, опять не туда попали. И так, возможно, будет продолжаться всю ночь, раз уж ты сказала ему, что наш номер — Парк 8720.
Джейн. Я не говорила… я сказала — Парк 8724.
Джулия. Джейн, что с тобой? Ты сказала 8720!
Джейн. Так это и есть твой номер — 8720.
Джулия. Нет.
Джейн. Посмотри сюда
Джулия. Я сойду с ума, вот и все, и ты об этом пожалеешь.
Джейн. Ради Бога, прекрати этот трезвон.
Джулия. Пожалуйста
Джейн. Мне без разницы, что теперь будет. Я дошла до ручки.
Джулия. Выпей кофе.
Джейн
Джулия. С ликером?
Джейн
Джулия. «Кордиал Медо», Сандерс.
Джейн. Будем пить из стопок?
Джулия. Я заказала его специально. Этим ликером так приятно завершать обед.
Джейн. Безусловно.
Джулия. Спасибо, Сандерс… пока все.
Сандерс. Хорошо, мадам.
Джейн
Джулия
Джейн. Какая ты предусмотрительная, Джулия.
Джулия. Съешь что-нибудь из фруктов.
Джейн. Я не могу.
Джулия. Съешь, ими так приятно завершать обед.
Джейн. Ради, Бога, перестань завершать обед. Мне это действует на нервы.
Джулия. Не устраивай истерику.
Джейн. Никто не будет возражать, если я скину туфли?
Джулия. Разумеется, нет… Насколько я знаю, в Японии все так делают.
Джейн
Джулия. И был бы крайне удивлен.
Джейн. Что бы его удивило?
Джулия. Мы, разумеется, такие восхитительно равнодушные и недоступные.
Джейн. Только не я… я бы безропотно отдалась ему.
Джулия. Тогда я приглянулась бы ему больше.
Джейн. Если ты думаешь, что это единственный способ завоевать его, ты должна меня подбодрить.
Джулия. Ты в этом не нуждаешься.
Джейн. Что ты хочешь этим сказать?
Джулия. Что сказала.
Джейн. Ох!
Джулия. И потом, я никогда не позволю тебе вести себя, как дешевка.
Джейн
Джулия. Смею что?
Джейн. Оскорблять меня.
Джулия. Я не оскорбляла.
Джейн. Оскорбляла… ты зашла слишком далеко… это уже не шутка.
Джулия. Я и не собиралась шутить. Терпеть не могу шуток.
Джейн. Тогда что ты имела в виду?
Джулия. Имела в виду что?
Джейн. Как можно с тобой говорить, если ты только чтокаешь и чтокаешь? Если ты не можешь понять, что я говорю, тебе лучше ложиться спать.
Джулия. Джейн, твоя грубость выходит за все пределы.
Джейн. Извини, Джулия, но ты меня раздражаешь.
Джулия. Позволь напомнить тебе, это моя квартира.
Джейн
Джулия. Перестань доставать меня, Джейн.
Джейн. А как я могу тебя не доставать, если ты оскорбляешь меня?
Джулия. Я тебя не оскорбляла.
Джейн. Да, оскорбляла… ты намекнула, что я — бесстыдная.
Джулия. Ты такой бываешь… иногда… мы все бываем… такова человеческая натура.
Джейн. Ни в коем разе.
Джулия. Перестань постоянно мне перечить… это раздражает.
Джейн. Бесстыдная! Это ты утром отказалась сбежать из Лондона.
Джулия. А почему я должна сбегать?
Джейн
Джулия. Я рада, что ты так думаешь.
Джейн. Действительно, зачем тебе сбегать… ха-ха!
Джулия. Я думаю, ты простудилась, Джейн.
Джейн. Почему?
Джулия. У тебя сел голос.
Джейн. Отныне я перехожу на шепот.
Джулия. Пожалуйста, я это только приветствую.
Джейн
Джулия. Ты несносна.
Джейн. Отнюдь… Я лишь указываю, что нет смысла тебе задирать нос, потому что вся эта история на твоей совести, от начала и до конца.
Джулия
Джейн. Мысли! А как насчет твоих? Полагаю, ты представляешь их прекрасной золоченой корзинкой с фруктами и лентой поверху!