— Мы обязательно рассмотрим новые варианты, — уверил меня управляющий, не желая упускать денежного клиента. — Можете даже ничего сейчас не подписывать, мы отвезем вас на место!
Тогда я достал из кармана сложенную надвое брошюру с расписанием поездов и отчеркнул нужный рейс.
— Смотрите, надо будет встретить моего друга и показать ему флигель. Организуете?
— Сделаем! — пообещал управляющий и макнул в чернильницу перо. — Как, вы сказали, его зовут?
— Александр Дьяк, — повторил я, заполняя чек. — Аренду флигеля оплачу на месяц вперед. Теперь что касается апартаментов…
Апартаменты мне понравились. Спокойная улочка утопала в зелени, задний двор разделенного на три части особняка выходил на протянувшийся вдоль набережной сквер. Комнаты оказались светлыми и просторными, мебель не новой, но добротной. Альберт Брандт снимал жилье неподалеку, буквально в паре кварталов отсюда.
Я выписал еще один чек и сразу получил ключи от калитки, входной двери и черного хода. Походил по дому, спустился в подвал, поднялся в мансарду. От набережной донесся перестук колес самоходного вагона, но не слишком сильный. С закрытыми окнами я бы, наверное, уловил лишь вибрацию.
Нормально.
Через заднюю дверь я прошел в безлюдный сквер и немного побродил среди лип, затем перебежал через рельсы и встал у парапета набережной. Дом был расположен на пригорке, и отсюда открывался прекрасный вид на лодочную станцию, а вот островок, где я провел не самые лучшие часы своей жизни, скрывал за собой длинный лесистый мыс.
Склон холма порос кустами и деревьями, уходившая к воде каменная лестница то терялась среди них, то вновь показывалась змеей каменных ступеней. Я зашагал вниз, и город быстро остался где-то позади. Щебетали и перелетали с дерева на дерево беспокойные птахи, стремительно убегали в траву гревшиеся на камнях ящерицы, разносился над водой плеск крупной рыбы. Часто приходилось наклоняться и подныривать под ветки. Сразу стало ясно, что и отдыхающие, и местные жители здесь гости нечастые. И сейчас это было мне только на руку.
На скалистом берегу я подобрался к самой воде, вытащил из кармана обойму и выдавил из нее на ладонь патроны. Широко размахнулся и зашвырнул их в озеро. Латунные бока гильз сверкнули на солнце и желтыми рыбешками ушли на глубину. Следом отправился «Штейр». Он солидно булькнул и утонул вместе с кобурой. Вода была прозрачная как стекло, но на дне хватало темных камней, ила и водорослей, выброшенное оружие было не заметить ни с берега, ни с лодки.
Зачем избавился от него?
А как иначе? Редкий пистолет, редкий калибр. В свободную продажу не поступал, вся партия предназначалась для наших союзников в Новом Свете. Так сказал Рамон, а у меня не было оснований ему не верить.
Бастиан Моран непременно станет отслеживать всякое упоминание этой модели в криминальных сводках. Еще не хватало угодить в поле зрения! Ну уж нет, только не по собственной безалаберности!
Где-то наверху прогрохотал по стыкам рельс очередной самоходный вагон, я ослабил шейный платок и отправился в обратный путь. Любоваться красотами природы было просто-напросто некогда.
Первым делом я сходил в банк, оформил распоряжение пополнить счет в местном отделении и заказал выдачу полутора тысяч франков, дабы в самый неподходящий момент не остаться без наличных. Потом заглянул на телеграф и воспользовался услугами междугородней телефонной связи. Позвонил Рамону и велел ему держаться подальше от индусов, а заодно избавиться от ворованных пистолетов, поскольку Третий департамент непременно попробует выяснить, где убийца тугов умудрился раздобыть столь редкое оружие.
После этого немного посидел в уличном кафе, перевел дух и отправился на поиски оружейного магазина. «Цербер» с тремя его патронами и складной нож вовсе не казались мне достаточным арсеналом.
В магазине я долго переходил от одной полки к другой, поскольку наибольшим спросом у курортников пользовались охотничьи ружья и карманные револьверы. В итоге раздраженный моими блужданиями приказчик оторвался от газеты и предложил:
— Возьмите браунинг.
Браунинг не устраивал меня несерьезным калибром, так я продавцу и сказал. И, желая избежать очередного бестолкового совета, попросил:
— Будьте любезны, покажите «Люгер парабеллум» и «Веблей-Скотт 18–76».
Оба пистолета были девятого калибра, оба имели примерно одинаковые габариты и были снабжены отъемными магазинами на восемь патронов и выступами автоматических предохранителей на задних сторонах рукояток. Во всем остальном они разнились как небо и земля. Разные углы наклона рукояти, принципиально иное устройство. Ко всему прочему, у парабеллума при выстреле отходил назад, складываясь надвое, лишь верхний выступ рамки пистолета.
Как ни удивительно, «Люгер» понравился мне куда больше, очень уж приятно лежал он в руке. Его и взял.
Заодно купил запасной магазин, пару коробок патронов и пополнил боекомплект «Цербера». Приказчик покупкам нисколько не обрадовался, ему не терпелось вернуться к разгадыванию кроссворда.
