— И никого не стало! — подвел итог Ангел Смерти, сидя за деревянным столиком и попивая свой чай. — Какой трагический и неожиданный финал, и это несмотря на то, что я там присутствовал. Я, к слову, был поражен твоей силе воле. Даже когда казалось, что шансов преодолеть препятствия не было, ты отказался от сделки и моей помощи и в одиночку осуществил свою месть за Одри. Это достойно уважения, — детектив же, переводя дыхание, потянулся за очередным термосом, после чего отлил себе новую порцию чая. После такой длинной истории в горле першило, и хотелось его чем-то смочить. Вот что-что, а в сортах чая ученый разбирался на ура, приятный жасминовый вереск ударял в нос, заставляя жалеть, что раньше не был выпит.
— Я рассказал эту историю не для того, чтобы жалеть о незаключенной сделке, а для того, чтобы напомнить тебе о человеке, которого ты презирал так же сильно как я. Леонид Оса, — ученый заинтересованно посмотрел на детектива, не понимая, зачем Уильям упомянул его имя. — Я не знаю, что с тобой приключилось после смерти, но ты оставил меня и Настю одних в этом жестоком и прекрасном мире. Ты знаешь, каково хоронить пустую могилу, надеясь, что это все ложь и вымысел! — Уильям был зол, вспоминая старые деньки, в последние, самые ужасные, периоды войны против Элизиума. — И вот, после стольких лет, оказывается, ты просто сбежал…
— Пойми, я не мог просто быть с вами… — пытался оправдаться ученый, но Уильям не давал и шанса на это.
— И продолжаешь бежать! И что самое страшное, ты зашел так далеко туда, откуда нельзя уже вернуться прежним. И после всего ты надеешься, что я тебе поверю? Поверю человеку, что сбежал от реальности, мира и собственной семьи? — детектив ничего не мог с собой сделать, он так долго ждал этой возможности все высказать и сейчас, боясь заплакать, выплескивал всю ту боль, что у него накопилась.
— Я и не прошу мне довериться, я прошу дать шанс загладить мои грехи… — сказал ученый с грустью в глазах. — Может, я и убегаю, словно тот укротитель голубей, но, в отличие от него, моя история еще не закончилась, и у меня есть все возможность все исправить. У нас с тобой будет столько свободного времени, сколько понадобится, чтобы наверстать все упущенные годы. Нет нужды жить прошлым. Один раз ты уже отринул его, так отринь вновь, и мы вместе создадим лучший мир. Мир без боли и страданий, без… — ученый не успел договорить, как за него закончил фразу детектив.
— …войн и конфликтов. Мир гармонии и процветания, столь неизменный и столь прекрасный. О, дивный новый мир, — детектив сделал паузу и повторил. — О дивный мир, где обитают люди. Немедля же в дорогу!
— Так ты не блефовал, когда сказал, что читал «Теорию Бога»…
— А ты проверял меня? Не думал же ты, что я не узнаю цитату из этой работы? И тут мы подходим к первому пункту создания твоей, пока вымышленной, утопии…
— Боюсь, она реальнее, чем тебе кажется! — возразил Ангел Смерти.
— Знаю, но в данный момент она как кот Шредингера. Пока не откроешь ящик, не узнаешь — реальна ли твоя Утопия или нет. Хотя, в нашем случае, вместо ящика — биокапсулы с выводком клонов… — ученый дернул глазом, явно сигнализируя о том, что детектив прав. — Безусловно, в этом замешан Леонид Оса, ведь я не сомневаюсь, что именно его наработки по созданию клонов помогли в твоей задумке.
— Первая проблема нового мира — ее население… Похоже, мы мыслим одинаково, если ты пришел к тому же ответу, что и я, — коварно улыбнулся Ангел.
— Какими мы бы не обладали способностями, но вдвоем нельзя создать новый мир. Без людей, живущих в нем, это будет не мир, а самое что ни на есть Чистилище, место между жизнью и смертью, где нет ничего и никого. Поэтому, вместо того, чтобы искать лояльных тебе людей, ты попросту создал их, — детектив сжал руку в кулак. Каковыми бы ни были мотивы Ангела — это не оправдание для всего того, что он натворил и планирует сделать. Впрочем, то же самое можно сказать и про самого детектива. — Как я понял, сейчас все будущие жители твоего нового мира в инкубаторах. И пока они не проснуться, ты не можешь быть уверенным в том, что все удалось.
— Ты всегда был самым смышленым и проницательным, — ученый метнул маску через стол, и та, проскользив, остановилась напротив. — И, что правда, то правда, я очень плохо завожу друзей. Даже заставить тебя дать согласие на сделку, заняло намного больше времени, чем я рассчитывал. Раз за разом, цепляясь за свою человечность, ты отказывался от подарка судьбы и отклонял мою сделку. Но, погляди, ты согласился, и ты здесь! А значит, еще не все для нас с тобой потеряно.
— Ты все-таки ее сохранил… — сказал Уильям, разглядывая подарок, после чего надел его на свое лицо. Это была наполовину сломанная маска кабуки с молнией у разреза глаз и фальшивой улыбкой вместо рта. Сидела она на лице плотно, и это несмотря на отсутствие половины левой части.
