Этот вопрос волновал самого Далласа даже больше, чем Боса. Он узнал, что раньше небожители снабжали племя едой, лечили больных, учили строить жилища, очищать воду. Правда, потом Титор («тьфу на имя то!» — не забывал прибавлять Арет каждый раз, упоминая прежнего главаря) на правах вождя стал забирать все дары и раздавать их среди верных людей. Это из-за него небожители прекратили визиты. Бос надеялся, что Даллас восстановит контакт, но для этого ещё нужно как-то вернуться.
Казалось, насытиться до конца не получится никогда, но в один момент Даллас понял, что переел. Живот отяжелел, дышать стало трудно. То ли от недавнего удара, то ли от усталости закружилась голова. Стало клонить в сон. Он не мог сосредоточиться на одной мысли, сознание путалось.
Окончания трапезы Даллас не помнил. Он проснулся на лежаке неподалёку от стола с недоеденной куриной ножкой в руке. Удивительно, что его так сморило. Чувствуя горечь во рту и тяжесть в голове, он поспешил на свежий воздух с определённой целью. Но накануне не разузнал, где туалет, а сейчас не хотел об этом расспрашивать незнакомых людей, которые ходили по улице и с интересом оглядывали чужака.
На счастье, к хижине подошёл Бос в окружении охранников, Арета и вчерашнего толстячка с глупыми усами. Не успел Даллас открыть рта, как Бос жестами позвал за собой. Он завёл его за дом. Внутри среди камней тёк ручей, а над ним стояла деревянная будка — место для уединения. Удобно: проточная вода уносит с собой неприятные запахи.
Путь в женскую деревню оказался недолгим. Вдоль тропы простирались болота, откуда доносилось кваканье лягушек. Даллас, Бос и их сопровождающие прошли мимо поля, на котором работало несколько человек. Они рыли палками землю в поисках грибов, выкапывали их и клали в сумку. Хотелось спросить Боса об этом, но немота главаря не настраивала на беседы.
Показались домики и забор — «деревня баб». У ворот с факелами стояли стражники. Присмотревшись, Даллас понял, что это не мужчины. Только слабым полом этих женщин не назвать — мощные бицепсы, широкие плечи. Завидев Боса, они склонились в приветствии, но тот больше по-дружески похлопал их по плечам. Видно, его подход к правлению отличался от того, к чему они привыкли.
Деревня представляла из себя небольшой двор, несколько маленьких деревянных домов и крупный сарай. Навстречу выходили женщины, бросая дела. Большинство из них выглядело потрёпанно, далеко не все были молоды. Многих портил лишний вес. Складки на боках лишь слегка прикрывались одеждой. Некоторые держали на руках младенцев. Рядом бегали дети постарше. И все они радовались вниманию Боса, старались поймать его взгляд или прикоснуться. Он не возражал, улыбаясь и кивая во все стороны. Остановившись, показал пару жестов Арету, и тот обратился к седой, но живенькой женщине:
— Вести сюда нову несту для Бос.
Старушка проворно сбегала в дом и вытащила оттуда Гулёнку, хотя та сильно упиралась, цеплялась за дверной проём и мотала головой. Опытная и крупная дама легко справилась с ней, но Гуля не сдавалась, брыкаясь и выворачиваясь. Даллас впервые увидел её такой — упрямой, дикой. Её кудрявые волосы, обычно собранные в пучок, теперь мотались из стороны в сторону, отливая бронзой. Он невольно залюбовался.
— Не паду! Не бу женой не знам каво! Пусти!
Но женщина не замечала усилий худенькой, особенно на фоне местных дам, Гулёнки, и потащила её за руку. Поняв, что сопротивляться безполезно, Гуля взглянула в сторону пришедших мужчин. Судя по её решительному взгляду, она собиралась сделать так, чтобы никто и никогда не вздумал брать её в жёны. Но тут она заметила Далласа и выражение лица изменилось.
Гулёнка рванулась вперёд так неожиданно, что даже её провожатая не успела среагировать. Даллас побежал навстречу, и они обнялись. Как же он обрадовался, что она невредима. Пока его вели с мешком на голове, думалось о страшном. Да и сейчас до конца не верилось, что с ней всё хорошо:
— Гуля, миленькая, ты как, в порядке? Тебя не обижали?
— Да-лас, они хотели мя варить! Раздели и в горячу воду бросали, как козу, тока я так билась, чё вода остыла. Тада они мне хотели шкуру драть, тёрли-тёрли, но я так орала, так орала — отстали. Я чуть жива стала, вся красна была, прошло… — тараторила без умолку Гулёнка, — Забери мя, Да-лас, удём домой.
— Глупышка, они же просто тебя искупали. Посмотри, какая ты чистая, — мытьё пошло Гуле на пользу. Её кожа, казалось, стала ещё бледнее, чем раньше, но пахла она теперь куда лучше. И новая одежда шла ей больше, чем прежние обноски. На стройном теле юбка до колен и повязка на груди, образующая перевёрнутый треугольник, смотрелись куда выгоднее, чем на пышнотелых жительницах этой деревни.
Даллас обрадовался, что его подруга в порядке, но всё-таки лучше бы отправиться в деревню шахтёров. Наверняка Каспар и остальные ищут их, а мать Гулёнки не находит себе места.
— Спасибо вам за гостеприимство, Бос, Арет… и остальные. Но мы, пожалуй, пойдём назад. Не подскажете, в какой стороне наша деревня?
