Арсен Корбин не собирается жениться по любви. Его невеста всегда была средством для достижения цели, женщиной, которую он хочет завоевать. Но когда она внезапно погибает в результате несчастного случая, грандиозный план Арсена рушится. Все еще не оправившись от смерти своей невесты, он встречает Виннфред Эшкрофт, борющуюся актрису, которая получает желанную роль в пьесе в его театре… и знает о покойной невесте то, что никто другой не знает. Единственная проблема? Они терпеть не могут друг друга. За кулисами театра Арсена Винни начинает ослаблять бдительность в отношении буйного миллиардера. Она ценит его остроумие и причудливую привязанность к астрономии. И Арсен, как бы он ни был пресыщен, уважает упрямый характер Винни. Трагедия и предательство сближают их, но сдержит ли их болезненное прошлое — или разожжет их желание? Я понимаю, что в нашей работе, будь то актерство или писательство, важны не слава и не гламур, не то, о чем я раньше мечтал. Это способность выстоять. — Антон Чехов, «Чайка».
ГЛАВА 1
Арсен
Крыши в Портофино другие.
Плоские, широкие, старые.
Здания пастельных тонов вырастают из земли, так тесно прижавшись друг к другу, что зубочистку между ними не просунуть, даже если постараться. Яхты в гавани пришвартованы аккуратно и на равном расстоянии друг от друга. Средиземное море блестит под последними устойчивыми солнечными лучами, когда начинают опускаться сумерки.
Я сижу на балконе своего гостиничного номера с видом на Итальянскую Ривьеру, наблюдая за тем, как божья коровка кружится вокруг своей оси, как Венера, на мраморных перилах.
Я переворачиваю божью коровку, помогая ей встать на ноги, затем делаю глоток белого вина. Сегодняшнее меню у меня на коленях. Рагу из дикого кабана кажется самым дорогим вариантом, а это значит, что я обязан его заказать, просто чтобы посмотреть, как идиоты из бухгалтерии потеют над своими тарелками с ризотто, когда они понимают, что эта конференция будет стоить им намного больше, чем они планировали потратить.
Корпоративные мероприятия — это место, где умирают хорошие идеи. Общеизвестно, что любая коммерческая тайна, о которой стоит говорить шепотом, не будет раскрыта во время официального мероприятия компании. Ценной рыночной информацией, как оружием, торгуют на задворках индустрии.
Нас сюда привела не моя работа. На самом деле, у меня нет рабочего места, о котором можно было бы говорить. Я одинокий волк. Консультант по количественной торговле, оплачиваемый компаниями хедж-фондов с почасовой оплатой, чтобы помочь им разобраться в конгломерате потенциальных инвестиций. Во что инвестировать, сколько и как не отставать от годовой прибыли, которую ожидают от них клиенты. Мои друзья часто говорят, что я как Чендлер из «Друзей». Что никто не знает, чем я на самом деле занимаюсь. Но моя работа довольно проста — я помогаю богатым людям становиться еще богаче.
— Просто примеряю это новое платье, — мурлычет женский голос из-за балконной двери. — Это займет не больше десяти минут. Не пей слишком много. В трезвом виде ты едва ли подходишь на роль цивилизованного человека для этих кухарок в смокингах.
Перекинув меню на ближайший столик, я беру лежащую рядом книгу и перелистываю на следующую страницу. «Краткие ответы на большие вопросы» Хокинга.
Поскольку мы находимся на верхнем этаже курорта, у меня есть прямой вид практически на все остальные балконы, выходящие на юг, с видом на гавань.
Вот как я замечаю их в первую очередь.
Пара, двумя террасами ниже нас.
Они единственные, кто вышел на улицу, впитывая последние лучи заходящего солнца. Их светлые головы склоняются друг к другу. У него кукурузно-желтые волосы. У нее - титановые, смесь золотого и красного, как выжженный песок пустыни.
Он одет в строгий костюм. Она — в бордовое платье. Что-то простое, дешевое на вид, почти терпкое. Девушка по вызову? Неа. Магнаты хедж-фондов с Уолл-стрит инвестируют в дорогие на вид свидания. Типа со встроенным дизайнерским гардеробом, туфлями на красной подошве и манерами частной школы. Красотки существуют только в сказках и фильмах Джулии Робертс. Никто на Манхэттене не ценит в женщинах обаяние, честность и причудливость.
Нет. Это деревенщина. Возможно, амбициозная местная жительница, которая забралась в его постель в надежде заработать большие чаевые.
Пара делит персик и липкие, сочные поцелуи. Нектар стекает по их губам, когда он кормит ее фруктами. Она ухмыляется, откусывая мякоть фрукта, не сводя с него взгляда. Он жадно целует ее, и она сильно прикусывает его нижнюю губу, прежде чем его рот отрывается от ее губ, чтобы прошептать что-то ей на ухо.
Девушка запрокидывает голову и смеется, обнажая бледный длинный столбик шеи. Я ерзаю на стуле, моя книга прикрывает мою постоянно растущую эрекцию. Не знаю, что меня больше заводит. Персик, женщина или тот факт, что я официально вуайерист. Скорее всего, все три.
Мужчина опускает голову и слизывает длинную дорожку нектара, не упуская хорошей возможности. Они прислонились к перилам, его тело прижалось к ней.
Что-то проходит между ними. Что-то, от чего волосы на шее встают дыбом. Чем бы ни наслаждались эти двое, этого у меня сейчас нет.
Я не человек, привыкший к недосягаемым вещам.
— Ты уже пробовал белое? — Стеклянная дверь со скрипом открывается. Я бросаю взгляд на человека, которому принадлежит голос.
— Слишком много аниса и трюфеля, да? — Моя спутница усмехается и дуется. Она все еще в халате. Сколько часов нужно, чтобы надеть проклятое платье?
Я делаю глоток вина.
— На мой вкус, неплохо. Мы опоздаем.
— И тебя волнуют опоздания с тех пор. . . ? — Она выгибает бровь.
— Нет. Но я голоден, — категорически отвечаю я.
— Разыграй свои карты правильно, и я могу быть твоим десертом. — Она дьявольски улыбается, сдобрив этот жест подмигиванием.
Я взбалтываю вино в чистом бокале.
— Ни десерта, ни свидания. Это услуга за услугу, и я не известен своими филантропическими взглядами.
