В это раз она не кричала, а только судорожно выдыхала и ерзала по столу, вцепившись руками в столешницу. Я смотрел на нее и сам задыхался от удовольствия, а концу несколько раз вскрикнул, заставив Катарину посмотреть на меня. Я утопал в ее затуманенных глазах и мое тело вздрагивало каждый раз, когда моя грудь касалась ее ног. Когда все кончилось, я обессиленный уселся на пол между ее свисавших со стола ног. Я обхватил их и крепко прижал к себе.
– Патрик, я не дойду до кровати. – сказала Катарина.
– Я тоже. – ответил я, – подожди немного и я отнесу тебя.
Я попытался нащупать рукой недопитый коньяк, но не сумел. Катарина приподнялась на столе и подала его мне. Я выпил то, что осталось и встал на ноги. Бережно подняв Катарину, я понес ее в постель, а она целовала меня в щеку, ухо, лоб, везде куда могла дотянуться. Мы улеглись, укрывшись одеялом и почти сразу уснули.
Когда я проснулся утром испугался, что ее снова не окажется рядом, но сразу почувствовал ее тело касавшееся меня. Я облегченно вздохнул и, поцеловав спящую Катарину, пошел в ванну.
Стоя под струями воды, я в который раз думал о превратностях бытия. Еще вчера я не ждал от жизни приятных сюрпризов, а сегодня все изменилось. Этот неожиданный восхитительный сюрприз лежал в моей постели и меня разрывало от счастья. Ночь с Катариной дала мне гораздо больше, чем все мои беседы с отцом Домиником и Графиней. Визиты к ним помогли мне смириться, а приезд Катарины позволил мне заново ожить. Она стала моим Рейхенбахским водопадом, красивым и стремительным, который вынес меня за пределы скорби.
Когда я вернулся в комнату Катарина сладко потягивалась в постели. Я плюхнулся рядом и полез к ней с поцелуями.
– Патрик! – воскликнула Катарина, пытаясь отстраниться, – Дай мне хотя бы умыться и почистить зубы.
Мне очень не хотелось отпускать ее.
– Потом. – сказал я, – Ты и так прекрасна. Редко встретишь такую красавицу поутру.
– Твою мать, Патрик, я хочу в туалет.
Я рассмеялся и отпустил Катарину.
– Прости, я не подумал. – сказал я.
Катарина выбралась из постели и неспеша пошла к ванной комнате, давая мне возможность полюбоваться ее стройным телом. В дверях она обернулась и состроила страшное лицо, заставив меня улыбнуться. Я скинул одеяло и улегся на спину, ожидая ее.
Когда она вернулась, то сразу заметила мой торчащий член. Я увидел волну удовольствия, пробежавшую по ее лицу. Уверен, женщинам нравилось чувствовать себя желанными и заставлять мужчин хотеть их. Я хотел Катарину и хотел делить с ней не только постель, но и все остальное. Думаю, она тоже этого хотела.
Катарина присела рядом и пальцем опустила мой член вниз, а потом отпустила. Он снова взлетел вверх, покачиваясь из стороны в сторону. Катарина рассмеялась и села на меня.
– Дождался? – с улыбкой спросила она, приняв его весь.
Она не торопилась начать, а пока лишь вращалась на мне выгнув спину. Я схватил ее за руки и повалил на себя слегка приподняв, это дало мне возможность двигаться самому.
– Похотливый, ненасытный, озабоченный. – шептала мне в ухо Катарина, пока могла.
Очень скоро ей стало не до этого, и она что есть силы прижалась ко мне вцепившись пальцами в плечи. Я тоже крепко сжимал ее ягодицы и двигался все быстрей и быстрей. Я почувствовал, как затряслись ее бедра и руки и слышал прерывистое дыхание. Я сделал последнее движение и обхватил руками ее спину, пытаясь удержать. Катарина обмякла лежа на мне и даже не пыталась пошевелиться. Придя в себя, она скатилась с меня и улеглась на спину.
– Знаешь, Патрик, мне не было так хорошо с той самой ночи с тобой.
Услышав ее слова я почувствовал себя виноватым, причем и перед ней и перед Ритой. Мне вспомнился давний момент в ванной, когда я назвал Марину потаскухой. Мне до сих пор было стыдно за это и сейчас очень хотелось увидеть Марину. Мне нужно было знать, что она скажет о том, что сейчас происходит в моей жизни.
Катарина заметила смену моего настроения и повернувшись на бок прижалась ко мне.
– Ты, думаешь о ней? Да?
Я тоже повернулся на бок чтобы видеть лицо Катарины. Мне очень не хотелось сделать ей больно, но я понимал, что тень Риты еще долго, а может быть даже всегда будет со мной. И еще я понял, что, как и Рите, не смогу врать Катарине. Я не мог себе этого позволить. Эти девушки любили и доверяли мне, чтобы я опустился до лжи. Я смотрел на безумно красивое лицо Катарины и чувствовал, как что-то рвется внутри. Я словно захлебывался нахлынувшими на меня чувствами, самым сильным из которых стала щемящая до боли любовь.
– Не думай ни о чем. Я люблю тебя.
Я увидел, как несколько раз вздрогнули ее губы и почувствовал дрожание в руке, которой она меня обнимала. Когда-то я почти год ждал встречи с Ритой. У Катарины это ожидание затянулось на три и я мог понять как долго она ждала эти слова и от чего ей пришлось отказаться ради них. Мне несказанно повезло во второй раз и очень ценил это и собирался сделать все мог для моей любимой актрисы.
