– Это что-то новое, – ответила Катарина, – не думала… А впрочем неважно, что я думала. Мне нравится стоять здесь с тобой, но сейчас кто-нибудь придет и все испортит.
Так и случилось. Нам снова помешали. На сей раз это был Божимир с каким-то представительным господином.
– Катарина душечка, я так и не знаком с твоим кавалером.
– Представляю, – сказала Катарина, – Патрик, это Божимир, человек, который снимает фильмы и меня в них, случается, что без одежды. Божимир, это Патрик, фанат твоих фильмов, хотя видел всего два и считает, что ты заигрываешь с мейнстримом.
Смеялись все включая представительного господина. После чего Катарина представила и его.
– Карл Боткин, не имеет отношения к одноименной болезни. Директор гимназии, которую я закончила. И прошу прощения, я пьяна и мне весело.
– Катарина, – сказал Божимир, – хочешь я похлопочу, чтобы в стендап тебя пристроить?
Было весело, хотя я не мог понять с чего Катарина так дурачится. Она не показалась мне пьяной, когда мы были одни. Наверно и ее задело что-то в момент нашей близости, и она тоже пыталась снять возникшее напряжение весельем и шутками. А может ей просто было весело, и я все нафантазировал. Катарина оказалась не из тех девушек, которых можно было быстро прочесть.
Божимир извинился, что крадет у меня Катарину и они пошли пообщаться с графиней. Я не стал задерживаться и покинул вечеринку.
Шепот.
Священник, на коленях молился перед Девой Марией.
Помилуй меня, Боже,
по великой милости Твоей,
и по множеству щедрот Твоих изгладь
беззакония мои.
Многократно омой меня от беззакония моего,
И от греха моего очисти меня.
Ибо беззакония мои я осознаю,
И грех мой всегда предо мной.
В полумраке от нескольких свечей подрагивали тени, кающегося человека. Он был не молод, уже за семьдесят. Большую часть жизни он был священником, и вера его была близка к фанатизму, особенно последние годы. Он еженощно молился по несколько часов, вымаливая прощение и ему было за что. События прошлого очень тяготили его и довели до бесконечных покаяний, которые так и не принесли облегчения.
Внезапно теней стало больше. Шаги незнакомца легким эхом отражались от сводов. Он неспеша шел меж скамей, глядя на молившегося.
– Старик, – сказал ночной гость, – думаешь Господь простит тебя? Меня не простил.
– Спасибо, Господи, что услышал меня. – прошептал священник.
Он поднялся с колен. Казалось, он избавился от тяжелой ноши, давившей его последние годы. Настал тот блаженный момент избавления, который он так истово просил у Господа.
– Я ждал, сын мой, я верил, что ты придешь.
– Какой я тебе сын, ты сломал мою жизнь и смеешь называть меня сыном?
Лицо незнакомца было переполнено гневом и презрением. Он долгие годы ждал этой минуты, когда встретится с этим жалким стариком.
– Клянусь на библии я не ведал что творю, только несколько лет как я прозрел и понял, что сотворил.
– И что ты сделал? Пошел молиться своему Богу, спасать свою шкуру?
– Я бы сам, сын … – священник запнулся, – но это грех, великий грех.
– Замолчи и идем со мной.
Незнакомец достал из дорожной сумки веревку с уже заготовленной на ней петлей. Он ловко перекинул веревку через кованную тягу в арке.
– Полезай в петлю.
Священник спокойно, даже с достоинством и облегчением просунул голову в петлю и начал молиться. Незнакомец стал натягивать веревку потихоньку отрывая священника от пола. Он поднял его совсем немного, сантиметров на тридцать и привязал свой конец веревки к ближайшему крепежу для подсвечника на стене. Священник молился до последнего, пока не начал хрипеть и судорожно дергаться. Вскоре он затих. Незнакомец нашел небольшую скамейку и поставил ее перед слегка покачивающемся телом. Взобравшись на скамейку, он поравнялся с лицом покойного и достал нож. Тени на стене казалось сошлись в крепких объятиях.
После вчерашнего насыщенного дня и вечеринки, с которой я ушел далеко за полночь, я с трудом поднялся в восемь утра и заставил себя пойти в бассейн. Поплавав минут двадцать, я почувствовал себя лучше и понял, что голоден. Когда я собирался покинуть бассейн, столкнулся с Катариной.
– Привет, не ожидал тебя здесь увидеть.
Катарина усмехнулась.
– Патрик, ты думаешь, вот это все – он хлопнула себя ладонями по бедрам, провела рукой по животу, – само по себе? Как бы не так.
– В таком случае, мне остается снять шляпу, – ответил я, – хотя на мне только плавки, но поверь я восхищен.
– Если ты подождешь, когда я закончу, мы сможем вместе позавтракать.
– Хорошо. – как голоден я не был, но отказать себе в таком удовольствии не мог. – Буду ждать тебя в ресторане.
Дождавшись, пока она грациозно нырнула в воду и стремительно поплыла, я пошел переодеться к завтраку.
Когда Катарина присоединилась ко мне, мы заказали завтрак, который довольно быстро принесли. У меня едва слюни не потекли, я набросился на яичницу с беконом, как голодный пес. Катарина рассмеялась.
– Бедняга, если бы я знала, что ты так голоден, то не заставила тебя так долго ждать.
– Оно того стоило, – ответил я с набитым ртом, – божественный завтрак с богиней, лучшее начало дня.
