Палач полностью

– Я позвонила в таксомоторную компанию и поговорила с водителем. Он рассказал, что пассажир был очень возбужден, называл себя покойником, но при этом обещал сохранить достоинство и на прощанье хлопнуть дверью так, чтобы его запомнили. По словам Хоффмана, у Джонса недавно выявили неоперабельную опухоль мозга. Водитель сам позвонил в полицию, на вызов выехал наряд из Саутворка.

– Местонахождение? – спросила Бакстер, включая сирену и выруливая из потока машин.

– Скай-Гарден[4], – ответила женщина.

– Здание, похожее на портативную рацию?

– Оно самое. По всей видимости, он направился в бар на тридцать пятом этаже.

Взвизгнув шинами на покрытом снежной кашей асфальте, машина Бакстер понеслась по Рочестер-роу на север города.

– Скажите наряду ничего не предпринимать, – заорала она, перекрикивая шум, – и вышлите группу захвата. Мы будем через семь минут.

– Принято.

– Словесный портрет есть? – спросила Эмили.

– Белый, «здоровый амбал», короткие волосы, темный костюм.

Когда за окошком замелькали городские огни, Руш вытащил пистолет и проверил его.

– Ну вот, опять.

Эмили подавила зевок и сказала:

– Грешники не знают покоя.

Понедельник, 21 декабря 2015 года,

6 часов 29 минут вечера

– Давай, давай, – пробормотала Бакстер, глядя, как быстро сменявшиеся неоновые цифры приближают их к пункту назначения.

Руш, так и не засунувший табельное оружие обратно в кобуру, изумлялся, как этой Кукле удалось пронести что-то запретное через пост охраны на первом этаже, проверяющей посетителей не хуже досмотрщиков в аэропорту.

31… 32… 33… 34…

Лифт мягко остановился.

– Готовы? – спросил Руш.

Двери разъехались в стороны. Эмили и Дамьена встретили музыка и приглушенный гул изысканной беседы. Оба синхронно пожали плечами, Руш поспешно спрятал пистолет, они ступили в просторный зал и присоединились к очереди элегантно одетых людей, ждущих, когда освободится столик.

Освещенная так же скупо, как и сверкавший на заднем плане город, огромная стальная клетка сияла розовыми отблесками. Над головами на пятнадцать метров ввысь уходила огромная арка из стекла и металла, жадно оспаривая у неба жизненное пространство.

Дожидаясь своей очереди, они оглядывали людный зал, пытаясь выявить тех, кто соответствовал нужным приметам, но обнаружили, что как минимум треть гостей облачены в темные костюмы и что довольно трудно сказать, похож ли человек на «здорового амбала», если он сидит.

Изысканно одетый мужчина жестом пригласил их войти. Окинув практичный зимний наряд Бакстер и мятый костюм Руша откровенным взглядом, он снисходительно улыбнулся.

– Добрый вечер, вы заказывали столик? – с сомнением в голосе спросил он.

Руш махнул у него перед носом удостоверением личности.

Эмили склонилась к самому уху администратора и тихо прошептала:

– Старший инспектор Бакстер. Не суетитесь! – сказала она, увидев, что он ее узнал и стал искать взглядом менеджера. – Мне нужно, чтобы вы проверили список. Исаак Джонс заказывал столик на сегодня?

Повисла пауза. Администратор стал водить пальцем по планшету с зажимом для бумаг, попутно приговаривая:

– Джонс… Джонс… Джонс…

– Вы правда думаете, что он назвал настоящее имя? – спросил ее Руш.

– Он воспользовался настоящей банковской картой, – ответила Бакстер, – ему больше нечего терять, не думаю, что он будет осторожничать.

– Джонс! Да, есть такой! – воскликнул администратор.

Несколько человек посмотрели в их сторону.

– Я же просила – не суетитесь! – терпеливо повторила Бакстер.

– Простите.

– Какой столик? Да не поворачивайтесь вы! И пальцем не тычьте!

– Извините. С правой стороны у окна. Ближайший к двери, как он и просил.

Бакстер посмотрела ему в глаза, Руш тем временем оглядел зал.

– Там никого нет.

– Вы видели его? Как он выглядел? – спросила она.

– Высокий… крупный… накачанный. В черном костюме и галстуке… как будто шел на похороны.

Бакстер и Руш переглянулись.

– Ну хорошо, – сказала она администратору, – ведите себя, как обычно. Если увидите его, медленно-медленно подойдите к нам и шепните мне на ухо. Вы меня поняли?

Собеседник кивнул.

– Начнем с террасы? – предложила она Рушу и неожиданно взяла его под руку.

Прикидываясь счастливой парочкой, они вышли на террасу. Вдали, будто покрытая снежной шапкой вершина горы, сиял шпиль «Осколка»[5]. Пока они приближались к металлическому ограждению, вокруг них кружился рой снежинок, в вихре уносясь к мерцавшему внизу мегаполису.

Вызов холоду бросили только какие-то продрогшие молодые люди, чокавшиеся бокалами с шампанским, да послушные родители, которых вытащили наружу их восторженные дочери. Стоя в укрытии темной террасы, Эмили и Дамьен могли разглядывать лица в зале, залитом розовым неоновым светом, не привлекая к себе внимания.

– Может, он пошел домой? – оптимистично предположил Руш, но в тот же миг увидел элегантного метрдотеля, шагавшего по залу и явно выглядывавшего их. – Нет, похоже, не пошел.