Он обнял девушку и поцеловал ее нежным и долгим поцелуем.
— Это подойдет?
— В самый раз, — прошептала девушка и смущенно убежала в ванную.
Рейнолдс улыбнулся и сказал:
— Тебя ждет награда, солдат.
— Не исключено, что посмертно, — пробормотал Болан и вышел из домика.
Да, девушка дала ему ключ. Что ни говори, мир мафии был странным миром.
Усевшись в фургон, Болан первым делом включил монитор, но не обнаружил ничего интересного. Тогда он по радиотелефону связался с Питтсфилдом. Только на третий раз Таррин поднял трубку, и в его голосе слышалась смертельная тревога.
— Это Ла-Манча. Нас никто не слышит?
— Можешь говорить. Господи, где ты был? Я весь день пытаюсь с тобой связаться.
— Я только что вернулся в машину, Лео. Что там у тебя стряслось?
— Не спрашивай, тут такое творится! Кажется, я здорово влип, сержант. Слушай, я собираюсь исчезнуть на какое-то время. Жену и детей я уже отправил.
— В чем дело, Лео?
— Пахнет жареным, сержант, они наступают мне на пятки.
— К завтрашнему дню я должен освободиться, — решительно сказал Болан. — Окапывайся и жди. Только дай знать, где тебя искать. Ты уже предупредил Гарольда?
— Да, он знает и говорит, чтобы я немедленно выходил из игры. Но тогда все пропало. Еще есть шанс, и я думаю, что игра стоит свеч.
— Продержись до завтра, дружище. Вдвоем мы справимся.
— Спасибо, старина. Именно это я и рассчитывал услышать. Ладно, как-нибудь прорвемся. Я буду звонить тебе каждый четный час. Да... а как дела на старом добром Юге?
— Так же, как и везде, Лео. Можешь уделить мне еще пару минут?
— Валяй.
— Утром я узнал от Гарольда, что ты сообщил об этой команде головорезов.
— Верно. Я не мог тебя найти, и Гарольд обещал передать информацию.
— Как видишь, он передал. Но сейчас меня интересует другое... когда ты об этом услышал? До того, как узнал где я, или после? .
— Примерно в то же время. Я разговаривал с Нью-Йорком, когда мне принесли сообщение с телетайпа о твоих делах. А тут этот тип как раз говорит, что, мол, в Атланте будет жарко, раз туда направляется Домино со своей командой.
— Он так и сказал? Значит, Домино послали в Атланту еще до моего появления?
— Нет... хотя, погоди, может быть. Я об этом как-то не подумал, но... да, пожалуй, так оно и есть. Если только Домино не сидел в аэропорту и ждал, пока ты там объявишься.
— Отлично, Лео, все сходится. Спасибо, дружище. Продержись до завтра — я у тебя буду, обещаю.
— По рукам.
Закончив разговор, Болан немедленно сделал еще один звонок, на этот раз в Вашингтон. Туда он дозвонился с первого раза.
— Это Страйкер. Проверьте линию.
После обычной серии щелчков и гудков Броньола сказал:
— Порядок. Как дела?
— Только что разговаривал со Стикером.
— Надеюсь, ты его уговорил.
— Да, он обещал потерпеть до завтра, до моего приезда.
— Отлично. Это мне и нужно было. Завтра я расслаблюсь и устрою себе праздник.
— Как сказать. Кто там жмет на Стикера?
— Похоже, они устроили всеобщую чистку, приятель. В Нью-Йорке ситуация взрывоопасная, и взрывная волна может докатиться до нашего друга. Похоже, что Стикер потерял спонсора — ты понимаешь, что это значит.
— Понятно, — ответил Болан. — Все сходится. Возможно, та же волна достала и до Атланты. На подробности нет времени, но здесь явно заваривается каша, и началось это еще до меня. Я хочу спросить тебя кое о чем, только отвечай по памяти, ладно? Рыться в папках нет времени. Вернемся в Нью-Йорк на пятнадцать лет назад, когда Джейк Пелотти был помощником Сарангетти.
— Так, продолжай.
— За несколько дней до того, как Джейк стал
— Да, но дело не выгорело. Джейк отделался легким испугом и залег на дно, пока его ребята не разобрались в чем дело.
— Ясно. Кто в него стрелял, Гарольд?
— Черт возьми, столько лет прошло, но никто не знает этого наверняка. Через пару дней после нападения из Ист-Ривер выловили остатки трупа, даже отпечатки пальцев сняли. Все думали, что это он напал на Джейка, но доказательств так и не нашли.
— Это я знаю. Мне нужно его имя, Гарольд.
— Стыдно. Как ты мог забыть такое имя?
— Назови его.
— М-да, необычное имя — вспомни имена апостолов. Его звали Джеймс. Джон Пол Джеймс.
— Это точно?
— Абсолютно точно, Страйкер.
— Спасибо. Он должен быть где-то в моем архиве. Перед глазами вертится какая-то газетная вырезка или что-то в этом роде. Но теперь я найду, что бы это ни было. И еще, Гарольд, — помоги Стикеру всем, чем сможешь, ладно?
— Кажется, вы поменялись ролями?
— Главное, чтобы не подвел суфлер.
Закончив разговор, Болан сразу же вернулся к монитору. Эта картинка... почему-то она всплыла перед его глазами, когда он разговаривал с Дженнифер Росситер. Болан не мог воспроизвести смутный образ поточнее, но он знал, что копия должна храниться среди его данных и что это имеет отношение к Джеку Пелотти, главе одной из нью-йоркских семей.
Под именем «Пелотти» ничего не было, Болан уже проверял. Но под именем «Джеймс, Джон Пол» сразу же обнаружился нужный документ.
