— Хм, — я обратил внимание, что магазин, снаряженный патронами, лежал отдельно, в специальном углублении. — А в магазине тоже боеприпасы нового поколения?
— Да, — кивнул Мефодий. — И в магазине, и в коробке.
— Странно, — протянул я.
— Что странного? — удивился хранитель отдела. — Хорошо же.
— Да я не про то. Странно, что группы карателей не комплектуются криосами и пиросами. Выдай им такие игрушки — убойная вещь получится.
— Если ты про команду Бронислава, то у Паладинов свои критерии отбора, — пояснил Мефодий. — И, поверь, для них тоже есть модификации, которые в разы увеличивают эффективность. Просто всё индивидуально. Вот ты огневик — под тебя и цепочки пишут. А у Бронислава пули быстрее летают.
— В самом деле?
— Спроси, он расскажет. Начальная скорость выстрела у кинетиков выше, чем у других одарённых. Иногда на порядок выше. Поэтому и пробивают эти ребята что угодно, включая артефактные бронежилеты и защитные поля. Только тсс, я тебе не говорил. И вообще. не имею права разглашать моды Паладинов.
— А ты разглашаешь?
Наше общение стало более доверительным, и я перешёл на «ты».
— Ну, это догадки, основанные на богатом жизненном опыте, — улыбнулся Мефодий. — Я просто знаю, как устроена вся эта кухня в Наска.
— Понял, — убрав пистолет, я принялся осматривать остальные вещи из своей смертельной коллекции.
Тонфы выглядели стильно и мощно. Всё обрезинено, покрыто непонятным серым слоем, как будто ударная часть выточена из графита. Знаки выгравированы прямо на поверхности, но работа настолько искусная, что пальцы ничего не чувствуют.
— Могут и огнём шарахнуть, если запитаешь от каналов, — предупредил Мефодий.
— А что с клинками?
— Сакс и тычковый теперь не сломаются, — криво ухмыльнулся инквизитор. —
— От огня?
— Как ты догадался? — хохотнул весельчак. И понизил голос: — Если слухи не врут, ты универсал. Так что можешь шарахнуть и заморозкой. Но помни, что расход ки будет таким же, как при обычной атаке. И даже больше. Потому что система удерживает технику на клинке, а это непросто.
— У меня родовой меч так делает. Но там просто огонь.
— Устаревшая технология, — фыркнул Мефодий. — А сакс — это на века. Машина смерти.
— Добро, — я аккуратно упаковал всё в футляры и кивнул на Карину. — Мой каббалист заберёт.
— Не вопрос, — согласился Мефодий. — Только зачем тащить на себе? Ты же в К-отдел, девочка?
Карина на «девочку» не обиделась.
— Да, брат Мефодий.
— Есть самодвижущаяся тележка. И можешь воспользоваться нашим грузовым лифтом, так быстрее.
— Спасибо! — обрадовалась Карина. Любовь инквизиторов к лестницам была общеизвестна. — Можно идти?
— Топайте, — разрешил Мефодий. — Рост, тебя Броня искал.
— Угу, — я направился к выходу из артефакторного. — Знаю.
Впереди меня ждал интересный разговор.
К которому я долго готовился.
— Рассказывай, — Бронислав вперился в меня тяжёлым взглядом.
У меня сложилось впечатление, что наставник не спал уже сутки-двое. Нормальный человек съедет кукушкой на этом фоне, но у одарённых есть свои преимущества. Особенно у высокоранговых. Мы можем прогонять через тело освежающие волны ки, смывать на хрен токсины и поддерживать себя в рабочем состоянии. Но не бесконечно. Всему есть предел.
Так вот, Бронислав явно себя не щадил.
Красные глаза, временами отсутствующий взгляд. Термос, запах свежесваренного кофе. И светящийся компьютерный монитор.
— Может, с тебя начнём? — перевожу я стрелки. — Что тут творится-то?
Инквизитор свинтил крышку, налил себе ещё кофе. По кабинету распространился бодрящий аромат хорошо прожаренной арабики. Никакого там молока и прочей ереси. Только чёрная кровь тёплых континентов.
— Мы добрались до Корвина, — каратель побарабанил пальцами по столу. — Потом до Гинденбурга. Сейчас эти ублюдки закрыты на одной из наших баз.
— Ты сказал — баз?
— У Паладинов есть свои базы, — нехотя пояснил Бронислав, — о которых даже руководство Супремы не знает.
— А протоинквизитор?
— Догадывается. Но закрывает глаза. Видишь ли, мы давно знаем, что в Супреме есть агенты тронутых. И не только в Супреме. И не только тронутых. Много веков назад это не прокатило бы, но времена меняются. Сам видишь — каждый гребёт в свою сторону. Если так дальше пойдёт…
Бронислав не стал продолжать.
Тяжело вздохнул и заговорил снова:
— Значит, так. Гинденбург — это мелочь. У нас есть список более интересных фигур. В том числе, бессмертных. По всему миру. Нити заговора протянулись много куда… В корпорации, банковские структуры. Ганза тоже задействована, но не вся. Есть несколько ключевых игроков в Германии и Нидерландах, остальные не в курсе. Но благодаря этим игрокам через банки прокачиваются колоссальные денежные потоки. Всё это идёт на закупку оружия, строительство лабораторий, подготовку к войне.
— И чего добиваются тронутые? — мне стало интересно. — Только не говори, что хотят уничтожить всех обладателей Дара. Это же абсурд.
Бронислав хмыкнул:
