Возле неё сидел бедняжка Герес, вид у него был потерянный и в обществе своей властной родительницы он смотрелся как взрослый ребенок, а не надменный молодой баронет, образ которого запомнился мне по Прилесной.
Завершали семейный ряд девчонки и мальчишки, похожие на Дерека, но младше, по головам которых я пересчитывать не стал. Очевидно, Леоны, с которой можно было бы пообщаться насчет криад, здесь не было. Эта дочка — типичный бунтарь, поди даже в замок не соизволила с палаток своих сорваться.
Мое прекрасное настроение в ожидании скорого вала приятных кулинарных открытий было подпорчено демонстративным игнорированием баронессы. Стеша, так представил Дерек супругу, демонстративно проигнорировала меня, даже не посмотрев в ответ. Понятно, обиделась за побитого и униженного сына, каким-то северянином-селянином. Ну и ладно, я не сто золотых, — всем нравиться. Главное, чтобы шанс отравиться на пире значительно не вырос.
Остальные участники празднества встретили меня с интересом и достаточно дружелюбно. Герес и вся детвора не сдерживали эмоций, несмотря на маменькины невербальные посылы лишнего внимания к гостю не проявлять.
Первый наследник вышел и обнял меня, за что чуть не был просверлен взглядом своей матушки насквозь, а в магическом мире это, между прочим, может легко из фигурального превратиться в буквальное выражение. Дети тоже подбежали и загомонили, привлекая внимание гостей.
Ответив на самые безобидные вопросы и проигнорировав более серьезные, я уделил внимание детворе и при помощи взрослых, подключившихся к делу успокоения чад, наконец сел за стол. Дерек усадил меня по правую руку от себя, что во всех мирах считалось местом почетным. Я даже получил порцию дофамина от своей важности. Второй раз, после проезда по городу с парадным конвоем.
Начав с местной зелени, вкусы которой полностью новыми впечатлениями ложились на мою вкусовую матрицу, продолжил местным мясом. Курятины здесь не оказалось, но вместо домашней птицы местные выращивали что-то вроде наших нутрий, называлось это чудо местной эволюции хурм. Многообразие блюд, включавших мясо хурма, не уступало нашему земному меню с курятиной: от запечённых ножек-ляжек, до добавления в салаты со свежей и термически обработанной зеленью. Был широко представлен и марп, с ним я уже был знаком по Прилесной, но местные блюда оказались более изысканными.
За столом все в основном говорили ни о чем и активно ели и пили. Про меня особо и не вспоминали, поэтому Дерек с одной стороны и Лара с другой составили мне прекрасную компанию на этот вечер. Самое интересное — пока за столом присутствовала молодёжь, никто не напивался и тосты особо не поднимали.
Видимо, если кто из взрослых и потягивал, то только легкие напитки типа нашего вина. Когда же дети и часть женщин удалились, включая жену Дерека, которую он проводил многообещающим взглядом, наткнувшись на такой же ответный, началась банальная пьянка. С громкими и сперва пафосными тостами, а после уже и без оных. Звучало и ставшее модным во всех кругах, включая аристо мое:
— Лотар О Гар! За единство!
Высокие кувшины сменили на низкие, видимо, с крепкими местными настойками, и я неожиданно для себя решил попробовать проверить свой новый организм.
Залитый гормонами счастья от новых вкусов, удалившейся носительницы потенциального конфликта, которого мне сейчас крайне не хотелось, и разгоряченный взглядами местных оставшихся прелестниц, включая Лару и недовольную вторым по дальности местом от меня Тару, я попросил Лару любезно налить мне попробовать местной настойки.
Яркий фруктовый вкус смог пробиться через уже лежащие в ауте вкусовые рецепторы и приятно порадовал. Вкуса спирта или иного суррогата, сильно выбивающегося из общих фруктовых нот, не ощущалось. В голове приятно зашумело, как это бывает в начале пьянки и, к сожалению, очень быстро проходит, сменяясь отупением и агрессией или наоборот, телячьими нежностями.
Я встал и сказал длинный и красивый тост в честь хозяина дома, его прелестной жены и детей, не забыв упомянуть добрым словом и оставившую свое непутевое дитя без внимания Богиню, после чего продолжил налегать уже не на еду, а на местные настойки. Некоторые из которых были пряными и били в нос, как земные крепкие напитки, другие же больше походили на компот. Очень зря.
Проснулся я снова в компании Лары. Она нависала надо мной, но теперь уже с какой-то кружкой и что-то пыталась мне объяснить. Голова раскалывалась и не хотела обрабатывать сказанное полуобнаженной красоткой.
