Идея пробиваться на нижние этажи тюрьмы силой через толпы вооружённых охранников выглядела и вовсе самоубийственной. Даже если участвовать в штурме будут наши волшебницы и весь отряд Камилетты, мы все поляжем ещё до того, как достигнем нужной камеры. Но даже если и пробьёмся вниз в подземные коридоры тюрьмы, как потом будем выбираться наружу из здания и вообще Светлой Гавани? К тому моменту по тревоге уже наверняка будет поднят весь гарнизон городской стражи. Да и из центров подготовки боевиков Новой Церкви к нашим противникам тоже может поступить многочисленное подкрепление, возглавляемое очень сильными магами и лучшими бойцами. А главное над самой тюрьмой распустится анти-магическое поле, после чего побег через портал будет уже невозможен.
В общем, наш мозговой штурм зашёл в тупик…
И тут Ленка, описывая виденных ею во дворе городской тюрьмы и в коридорах многочисленных охранников, вскользь упомянула, что слышала фрагмент разговора двух скучающих на посту бойцов. О том, что в последнее время заключённых стало слишком много, камеры переполнены, регулярно случаются драки и попытки нападений на тюремщиков. Начальство тюрьмы опасается бунта заключённых, а потому увеличивает число охранников и набирает имеющих военный опыт наёмников и бывших солдат.
— Стоп-стоп! Повтори ещё раз, что ты только что сказала! — попросил я, судорожно цепляясь за проскользнувшую мысль.
— Пузырь, я говорила, что слышала в коридоре тюрьмы разговор о том, что ситуация в тюрьме скатывается к бунту заключённых, а потому идёт набор дополнительных охранников…
Я жестом остановил речь подруги, после чего объявил друзьям, что похоже нашёл способ проникнуть в охраняемую тюрьму и открыть замки камеры, в которой томился Вилль Омникафи. Я сам стану тюремщиком и смогу освободить нашего друга!
***
— Денег нет, так что идите на х*р! Я пришёл в город работу искать, а не кормить всяких тунеядцев!
Рык чудовища прокатился по окрестностям, извещая Светлую Гавань о появлении свирепого минотавра, и стражники испуганно присели. Да, после утреннего совещания в предложенный мною план решено было добавить второго участника. Байяр притягивал к себе всё внимание, и на фоне огромного и шумного минотавра я был фактически незаметным. К тому же даже в случае наличия артефакта выявления лжи у проверяющих мой рогатый друг мог совершенно искренне рассказывать, что служил в войсках Агалиарепта, штурмовал Зелёную Столицу, героически сражался против армии Кафиштенов и на деле доказал свою верность новым властям. Так что даже если моя кандидатура не устроит тюремное начальство, у нас имелся альтернативный вариант.
На мой взгляд, минотавр сильно переигрывал и лишний раз рисковал, изображая из себя свирепое и до жути жадное до денег чудовище. Ну разве трудно было ему заплатить две жалкие менки за проход в городские ворота?! Но Байяр предпочёл упереться рогом и отказался платить, а теперь ещё и откровенно послал стражников и назвал их тунеядцами… Однако, к моему огромному удивлению метод моего могучего спутника сработал! Растерявшиеся и заметно струхнувшие стражники смерили громадное рогатое чудовище уважительными взглядами и предпочли пропустить в город.
— Я всегда так поступаю, никогда не плачу за проход! — признался мне рогатый друг, когда мы уже прошли в Светлую Гавань. — Ну и где тут тюрьма? Нужно поскорее устроиться туда на работу, пока у меня боевой настрой не иссяк!
К добру ли или наоборот, но боевой настрой Байяра не иссяк. И писаря городской тюрьмы, попытавшегося было отказать могучему зверю в приёме на работу, поскольку «чудовищам не место в городе», минотавр вышвырнул в окно со второго этажа на жёсткие камни. Двух солдат, выхвативших мечи для унятия дебошира, оглушил ударами огромных кулаков и оставил лежать в коридоре. Я стоял рядом с открытым ртом и молил всех богов Эрафии, чтобы нам теперь удалось выйти из тюремного комплекса живыми.
— Не дрейф, Пузырь! — усмехнулся огромный минотавр. — Я всегда так делаю с обнаглевшими слугами. Сейчас появится кто-нибудь из начальства, вот с ним уже и поговорим о работе!
Действительно, прибежавший на шум и вопли сотник охранников оказался более разумным и остановил своих подчинённых, тоже не слишком-то рвавшихся в бой против столь грозного противника. Байяра выслушали и сразу же признали годным для работы тюремщиком, записав в охранники сектора для особо опасных преступников и назначив минотавру полуторный оклад.
