— Ты?! Пётр Пузырь, если не ошибаюсь. Видела твою рожу на листке розыска самых отъявленных негодяев. Восхищаюсь твоей наглостью! Нет, я конечно подозревала, что барона Вилля Омникафи попытаются вытащить его дружки. Но чтобы сюда прибыл сам Пётр Пузырь из отряда Серого Ворона?
Чёрт, меня раскрыли сразу же. И как только что выяснилось, томящегося в камере барона Вилля Омникафи наши враги специально «не узнавали», чтобы заманить в ловушку его подельников. На меня с испугом стали коситься как культисты, так и выстроившиеся охранники. Дело принимало совсем дурной оборот, а потому я сам перешёл в словесное наступление.
— Молчать, сука!!! Как посмела ты заявиться в Светлую Гавань после того, как демонопоклонники Моргима убили Императора Гестора Шестнадцатого в Первой Столице?! Всю вашу шайку объявили преступниками, ваш кровавый культ запрещён! Я лично прибыл в Эрафию со Штормовых Островов с донесением об этом!
Я конечно блефовал, но мои слова произвели на собравшихся эффект разорвавшейся бомбы. Культисты опешили, а ещё больше стоящие за моей спиной стражники, да и на лице Мирим отразилось сильнейшее удивление.
— Ты бредишь, парень! Что за чушь ты несёшь?!
Поскольку отступать было некуда, я активировал божественный артефакт, и древний меч у меня в руках вспыхнул опасным красно-фиолетовым светом.
— Клянусь перед богами, что лично присутствовал на большом собрании Новой Церкви в Первой Столице, на которое культисты заманили Гестора Шестнадцатого! И своими собственными глазами видел, как демонопоклонники Моргима обращались в хищных чудовищ, и как был убит Император! Верные Империи солдаты не успели спасти главу Империи, но уничтожили и пленили в храме всех, кто носил красные мантии. Я на грифоне, а затем на водной магической лошади, преодолел огромный путь от Первой Столицы сюда в Светлую Гавань, чтобы донести до жителей Эрафии эту страшную весть! И хоть меня пытались над океаном остановить преступники из так называемой «Новой Церкви», я сумел добраться до материка, чтобы открыть людям правду. И пусть я буду немедленно убит божьей карой, если сказал сейчас хоть слово неправды!
Мгновенной смерти не последовало. Наоборот, моё тело засветилось — вне всякого сомнения, боги Эрафии подтвердили мои слова. Охранники тюрьмы, чьё число увеличивалось на дворе с каждой секундой, смотрели на меня и на прибывших врагов уже совершенно иными глазами. Враг был указан, бойцы пылали праведным гневом и рвались в бой. Я чувствовал, что достаточно малейшего толчка, и две собравшиеся армии сойдутся в жестокой сече. И пока эффект от моих обвиняющих слов не угас, отдал приказ к атаке!
— Во славу Империи покараем демонов и их слуг!!!
Я сам повёл тюремное воинство в бой, с обнажённым пылающим мечом бросившись на культистов в красных мантиях. Первыми от моей руки пали элитные бойцы их личной охраны Мирим Армазо. Древний меч не знал преград, с лёгкостью рассекая доспехи и тела, разрубая клинки и щиты. На моём пути вставали всё новые и новые фанатики, каждый из которых не жил и секунды после встречи с разъярённым Паладином Смерти, но вот пробиться к самой Мирим Армазо я никак не мог. Я сеял смерть. Нет, сейчас я был воплощением самой Богини Смерти! Я шёл вперёд, и каждый мой шаг означал смерть врагов!
Вот только численное превосходство противника сказывалось, как и лучшая подготовка — Мирим привела с собой очень опытных бойцов. Культисты быстро пришли в себя, окружили моё воинство с флангов и теперь давили со всех сторон, повсюду я видел мёртвые тела бойцов в униформе охранников тюрьмы. К тому же у врага оказалось два десятка арбалетчиков, которые с такой короткой дистанции нещадно прошивали моих союзников навылет. Я отбил один болт, другой, третий… Моё продвижение сперва замедлилось, затем и вовсе остановилось. И в какой-то момент я обнаружил, что остался вообще один в окружении кольца врагов.
— Пётр, отходи к башне!!! — крик Вилля Омникафи раздался откуда-то сверху.
Я обернулся и увидел выбравшегося из камеры барона на крыше центральной башни тюремного комплекса. Рядом с моим другом находилось несколько обросших неопрятных типов в рванье, но зато с пиками и мечами в руках. Значит, минотавр выпустил узников, и они добрались до арсенала с оружием. Нужно было отходить к друзьям. Вот только легко сказать «отходить». Путь к отступлению мне преграждало не менее сотни культистов.
Я поискал глазами Мирим Армазо, однако не обнаружил лидера врагов. Да и ворота тюрьмы были приоткрыты. Похоже, при первых признаках опасности женщина отступила и сбежала в город. Жаль, но решить исход боя путём устранения лидера культистов уже не получалось. Нужно было отступать к своим…
