— Пошли, — я шел уверенно потому, что никаких развилок на нашем пути пока не встречалась. Мы спустились по каменным ступеням, прошли вдоль череды сырых, пустых камер, которые выглядели как самая настоящая темница. Тут пахло плесенью, и отсыревшим сеном. В некоторых помещениях стояли пыточные приспособления. Я с трудом мог представить, по какому принципу работает большая часть приспособлений. И если честно, знать этого не хотелось. К чёрту.
Дальше Бертрам взял на себя инициативу, взлетел и когда появились развилки свернул вправа. Ворону я доверял, было видно, что он тут ориентируется куда лучше нас. Так и получилось. Бертрам провел нас через комнаты более приятные, чем виденные нами темницы. В них лежали приличные тюфяки, на стенах висели фонари. Наверное, тут раньше спали охранники. По моим предположениям, мы двигались на северо-восток от входа, но уверен я не был. Гнетущая темнота подземелий могла сыграть злую шутку с моим внутренним компасом. Да и какой компас, если я даже на улице путаюсь, что говорить о подземелье.
Хорошо, что у нас был хтонический ворон, одержимый поиском золота. Без него мы растерялись бы на первом же повороте и тыкались в каждый угол, как слепые котята, ведь эти руины были похожи на бесконечный лабиринт с сотнями поворотов, тупиков и закольцованных маршрутов. Жаль, что наша карта вела только до входа.
Время от времени Бертрам останавливался и указывал на какой-нибудь небольшой предмет, серёжку, брошку или раздавленное кольцо сделанные из золота или горстку золотой чешуи, скрытых под слоями пыли и паутины. Даже если кто-то проходил до нас по этому маршруту, вряд ли они нашли бы эти вещи без такого помощника. Конечно, это было мелочью по сравнению с тем, сколько денег нам было нужно для благоустройства поместья и оплаты работы кузнеца. Но даже так, мы ничего не упускали и каждый найденный вороном предмет складывали в сумку, каждый раз Бертрам одобрительно каркал, — выражая своё одобрение нашей запасливости. Ну ещё бы, кто в здравом уме золотом вот так разбрасывается. А мы были слишком бедны, чтобы перебирать и крутить носом от таких подарков.
Еще и вражеский вой, то и дело звучащий вдалеке коридоров морально давил, напоминая, что за нами, по пятам идут враги.
Мы бежали за нашим проводником по коридорам и залам, на ходу я выхватывал взглядом отдельные детали: прогнившая деревянная дверь, которая вот-вот сорвется с петель, но каким-то чудом продолжает держится на добром слове, еще один скелет, склеп. Поднявшись по лестнице, мы выскочили в просторный вестибюль заброшенного дворца.
Солнечный свет струился сквозь высокие окна, в некоторых рамах сохранились фрагменты цветных витражей выложенных из небольших кусочков стекла. Солнце стояло высоко и это меня обнадежило. Я очень надеялся, что мы сможем выбраться из этих жутких развалин ещё до наступления темноты.
Бертрам метался вокруг, как будто не мог решить, куда идти. Мы с Ритой использовали заминку нашего проводника, чтобы вытряхнуть из факелов пепел, разобрать их и убрать в рюкзаки. Одной заботой меньше, с обеими свободными руками и бежать легче, и защищаться в случае нападения куда сподручнее.
Наконец, ворон с радостным карканьем щелкнул клювом и полетел к гигантской каменной лестнице, которая возвышалась над остальной частью разрушенного дворца.
Мы бросились вслед за золотоискателем, Бертрам повел нас вверх на три пролета, а затем завернул в длинный коридор. Мы добежали до конца и повернули налево.
На крутом повороте ворон резко остановился раскинув крылья в стороны, гася скорость и чуть не вылетев в окно, уцепился лапами за кованую ручку. Рите хватило грации и опыта резко затормозить, а вот я этого не сумел. Со всего маху плечом врезался в каменную стену. Да так сильно, что у вышибло воздух из лёгких, а по мраморным плитам стены поползли новые трещины. К счастью цел, кажется с момента становления Ашером моё телом стало куда крепче.
Ворон перелетел от окна и ухватился цепкими лапами за ручку металлических дверей, украшенных коваными узорами.
Он развернул к нам взъерошенную голову и, убедившись, что мы смотрим, дважды стукнул клювом по створке.
— Бертрам, что там? — я с силой надавил на заржавевшую ручку.
С громким скрипом двери в таинственную комнату открылись, и ворон первым влетел в богато обставленную спальню, которая, скорее всего, предназначалась для хозяина этого дворца. Но я сомневался, что мы найдем здесь что-то путнее. Врядли у местного царька был золотой унитаз, как у наших олигархов. Скорее всего в этот раз Бертрам ошибся. Если верить слухам, на это место не раз совершались набеги. Подозреваю, что наемники первым делом грабили сокровищницы и спальни.
Комната подтверждала мою теорию, из нее давно вытащили все ценное, что можно унести, вплоть до простыней и матраса. Да и от кровати мало что осталось за эти годы. Разруха.
Но ворона не остановило отсутствие золотых гор, рассыпанных посреди комнаты, он хлопнув крыльями направился к дальней стене и уселся на каминную полку.
— Кар! — он позвал нас к себе.
