Ашель представлен на территории СССР только пятью полноценными пещерными памятниками с хорошо выраженным культурным слоем, включающим фаунистические остатки. Это — Кударо I и III, Донская и Азыхская пещеры на Кавказе и Выхватинцы в Молдавии. Остальные ашельские памятники — богатые местонахождения, доставившие большие серии выразительных каменных изделий, но без сопровождающих фаунистических остатков и большей частью залегающих на поверхности земли (Сатани-Дар, Яштух, Житомирская стоянка, Королево и многие другие), или же аналогичные бедные местонахождения и находки единичных каменных изделий. Подобные местонахождения в ряде случаев геологически датируются, но эти даты не являются бесспорными. Радиометрические даты, в том числе и для пещерных памятников, отсутствуют, так как ашель располагается как раз в промежутке между диапазонами применения калий-аргонового и радиоуглеродного методов абсолютного датирования.
Гораздо лучше представлена мустьерская эпоха, все ее подразделение. Сюда относится большое число выразительных пещер и поселений под открытым небом с хорошо выраженным культурным слоем, включающим фаунистические остатки, геологически датируемым и доставившим радиоуглеродные даты. Многие являются многослойными, содержат несколько мустьерских культурных слоев. Некоторые сохранили остатки жилых сооружений. Несколько мустьерских памятников Крыма и Кавказа и один Узбекистана доставили выразительные палеоантропологические остатки. Единичные человеческие остатки происходят и из отдельных мустьерских памятников Приазовья.
Памятники, непосредственно сменяющие мустьерские, относящиеся к самому началу позднего палеолита, являются в СССР немногочисленными, и хронологическое их положение небесспорно. Это связано не с безлюдностью обширных земель в начале позднего палеолита, а в значительной степени с отсутствием общепризнанной устоявшейся общей периодизации позднего палеолита СССР, которая охватывала бы не только бассейны некоторых крупных рек, отдельные регионы, а широкие территории, скажем, от Белоруссии до Урала и от Урала до Приморья. Такая общая периодизация только вырабатывается.
Зато поздний палеолит в целом представлен в СССР хорошо, большим числом полных и всесторонних памятников, в том числе и многослойных. В ряде поселений сохранились и тщательно изучены выразительные хозяйственно-бытовые остатки. Многие десятки памятников доставили радиоуглеродные даты. Все же последних относительно мало, и пока еще в этом отношении палеолит СССР уступает палеолиту Центральной и Западной Европы. Относительно мало и палеоантропологических остатков.
Если говорить о современном состоянии изученности палеолита СССР, то, пожалуй, наиболее узким местом остается монографическая комплексная всесторонняя публикация палеолитических поселений. Еще многие богатые и раскопанные в больших размерах памятники, начиная с таких классических, как Тимоновка I, Елисеевичи, стоянка Талицкого, Самаркандская стоянка, Мальта, остаются монографически неопубликованными, что, естественно, затрудняет дальнейшее развитие исследований по палеолиту СССР.
Для археологии палеолита, как, впрочем, и для других разделов археологической науки, характерно наличие многих спорных положений. Наука о палеолите развивается в оживленных дискуссиях. Горячие споры идут не только между представителями передового марксистско-ленинского мировоззрения, с одной стороны, и буржуазными учеными, с другой, но л внутри советской школы изучения палеолита, среди исследователей, стоящих на позициях марксизма-ленинизма. Многие проблемы палеолита не имеют единого решения. Исследователи дают на них неодинаковый ответ. В ходе дискуссий, порой многолетних, одни спорные моменты снимаются и устанавливаются общепризнанные положения, но вместе с тем возникают новые спорные вопросы. Это нормальный процесс развития науки. Течь, разумеется, идет не о разногласиях между профессионалами и дилетантами, а о концепциях, которые, будучи спорными, вместе с тем допустимы на профессиональном научном уровне, которые имеют хождение на равных правах.
Подобные расхождения по отдельным вопросам имеются и между авторами настоящей книги. Они, эти расхождения (их сравнительно немного), отражают состояние современной советской и зарубежной науки о палеолите. Мы уже останавливались на таких спорных моментах, когда шла речь о периодизации палеолита (вопрос о среднем палеолите), о критериях выделения палеолитических культур и других подразделений. Имеются расхождения в применении отдельных археологических терминов и в датировке некоторых памятников. Наглядный пример последних — вопрос о возрасте известного древнепалеолитического местонахождения Сатани-Дар в Армении, датируемого Н.Д. Прасловым (ч. II, гл. 1) ранним ашелем, а В.П. Любиным (ч. II, гл. 2) — в основном концом ашеля.
