Вместе с тем упоминается мнение В.П. Любина и Г.П. Григорьева, что изделия, выделенные как более поздние, могут встретиться и в мустьерской коллекции. Не оспаривая последнего утверждения, хотя разница двух, очень неравноценных количественно комплексов визуально ощутима и нет объяснения для даты, которая и для мезолита неприемлема, можно предложить еще один вариант решения огзикичикской загадки. Судя по стратиграфическим разрезам, мустьерцы жили на узкой площадке, прилепившейся к скале и имеющей крутопадающий к руслу лога склон. По этому склону могло происходить непрерывное сползание материала. К моменту прихода люден другой культуры мустьерский слой был обнажен. Взятый на анализ уголь к тому же, как отмечено, плохого качества, мог происходить из смешанных очагов. Изделия позднего времени, сползая по склону и по многочисленным ходам землеройных животных, могли внедриться в мустьерский слой. Естественно, что это предположение нуждается в строгом планиграфическом анализе всех культурных остатков.
Из пещерных памятников следует остановиться еще на гроте Обирахмат. Он находится в 100 км к северо-востоку от г. Ташкента в Чаткальском хребте Западного Тянь-Шаня. Ниша обширного грота, как и в Тешик-Таше, открыта на юг. По данным В.А. Ранова и С.А. Несмеянова (1973, с. 98), щебнистая толща, наполняющая грот и содержащая изделия финального мустье, соответствует концу позднеташкентской и самому началу голодностепной эпох.
Памятник многослойный. Р.Х. Сулейманов выделяет в 10-метровой толще пещерных отложений 21 стратиграфический слой, между которыми нет стерильных прослоек (Сулейманов Р.Х., 1972). Пять нижних слоев и три верхних могут быть исключены из рассмотрения из-за малого количества и в ряде случаев смешанного материала. Сведений о количестве расщепленного камня и его распределении по слоям IV–XVI нет. Судя по описаниям и рисункам, нет и значительной разницы между формами нуклеусов и орудий для каждого слоя, поэтому описание каменного инвентаря может быть дано суммарно. Дисковидные нуклеусы единичны, иногда предельно сработаны (рис. 68, 6), встречаются нуклеусы леваллуазские (рис. 68, 15, 16), но подавляющее большинство составляют нуклеусы призматические (рис. 68, 14) (некоторые исследователи называют их леваллуазскими для получения пластин). В соответствии с ними наиболее многочисленная и характерная серия орудий — пластины длиной 7-10 см с ретушированными краями, иногда, особенно в верхних слоях, ретушь расположена по краю с вентральной стороны (рис. 68, 2, 9, 10). Иногда края сходятся, но Р.Х. Сулейманов предостерегает от признания таких изделий остроконечниками, хотя и типичные остроконечники тоже встречаются (рис. 68, 3, 4). По словам Р.Х. Сулейманова, характернейшими типами инвентаря Обирахмата, определяющими индивидуальный облик этой культуры, являются струги, скобели, резцы. Струги и скобели временами трудно типологически различимы — это пластины и отщепы с подтеской дистального, а иногда и проксимального конца с вентральной стороны (рис. 68, 7). Большую группу составляют комбинированные орудия (рис. 68, 1, 8, 11, 13), сочетающие элементы струга или скобеля с резцом или струга и скобеля. Среди скребел, наряду с очень выразительными орудиями (рис. 68, 5) встречаются грубые изделия из сработанных дисковидных нуклеусов или осколков с двусторонне обработанным краем, которые Р.Х. Сулейманов называет скреблами тешик-ташского типа. К числу таких скребел он относит и нуклеус, представленный на рис. 68, 15. Немногочисленны ножи из отщепов (рис. 68, 12), выемчато-зубчатые орудия, концевые скребки (рис. 68, 17). Можно согласиться с Р.Х. Сулеймановым, что выросшая на основе инвентаря тешик-ташского типа индустрия Обирахмата включает позднепалеолитические элементы.
Рис. 68. Грот Обирахмат. По Р.Х. Сулейманову.
1, 8, 11, 13 — комбинированные орудия; 2, 9, 10 — пластины с ретушью; 3, 4 — остроконечники; 5 — скребло; 6, 14–16 — нуклеусы; 7 — струг; 12 — нож; 17 — концевой скребок.
Подвергнутый анализу костный материал из Обирахмата дал следующие определения абсолютного возраста по неравновесному урану: 125±16 тыс. лет и 44±1 тыс. лет (Чердынцев В.В., 1969, с. 290). На основании радиоуглеродных датировок развитого мустье на Ближнем и Среднем Востоке вторая дата представляется близкой к действительности (Ранов В.А. и др., 1976, с. 16–17).
