Поздний этап молодовской культуры, представленный VII слоем Молодова 5, отличается еще одной особенностью: богатством и разнообразием костяного инвентаря (около 50 экз.; Черныш А.П., 1959). Наиболее характерны веретенообразные наконечники из бивня мамонта, так называемые «жезлы начальников» из рога северного оленя, мотыгообразные орудия с «коленчатыми рукоятями» (топоры типа лингби). Два последних типа широко распространены в центральноевропейских и западноевропейских позднепалеолитических индустриях, в том числе — в индустриях виллендорфско-костенковской культуры. Более специфично, если не для одной молодовской культуры, то по крайней мере для юго-западной историко-культурной области палеолита Русской равнины, составной нож: ребро мамонта с широким пазом для вставки крупных кремневых вкладышей. Подобное орудие было найдено в нижнем слое стоянки Куличивка (Савич В.П., 1975а).
Большое количество пестов-терочников характерно для молодовской культуры так же, как и для инокультурных стоянок юго-запада Русской равнины.
Следует остановиться на вопросе о так называемом «бабинском» этапе (Черныш А.П., 1959, 1973, 1977; Григорьев Г.П., 1970). Его выделяют в первую очередь на основе материалов нижнего культурного слоя Бабин I, несомненно относящегося к молодовской культуре, считая при этом, что данный культурный слой древнее X слоя Молодова 5, т. е. датируется начальной порой верхнего палеолита. Единственный аргумент в пользу такого предположения — наличие в перекрывающем, среднем, культурном слое того же памятника нескольких обломков двусторонне обработанных изделий. По нашему мнению, учитывая нехарактерность для молодовской культуры техники двусторонней обработки, нельзя считать наличие или отсутствие отдельных изделий такого рода в памятниках данной культуры хронологическим показателем; тем более, что, как отмечалось выше, пластина с двусторонней ретушью имеется и в VII слое Молодова 5. Существенное наличие в нижнем культурном слое стоянки Бабин I таких орудий, как узкие игловидные острия с притупляющей ретушью по двум краям (в молодовской колонке появляются только в VIII культурном слое), богатого набора изделий из кости, рога и бивня, сопоставимого с костяной индустрией VII слоя Молодова 5, а также преобладание в видовом составе фауны костей северного оленя, что по данным А.П. Черныша (1959), отмечается в молодовской колонке лишь начиная со слоя VII. Учитывая залегание нижнего культурного слоя стоянки Бабин I не в погребенной почве, а в лессовидном суглинке, мы считаем, что его следует синхронизировать самое древнее — с VIII культурным слоем Молодова 5, а может быть, и с более молодым, VII слоем той же стоянки.
Мы не можем пока с уверенностью очертить границы распространения молодовской культуры за пределами Поднестровья. Возможно, к этой же культуре, как ее локальный вариант, относится стоянка Чутулешты 1, находящаяся уже на территории Молдавии, в Попрутье. Ее культурный слой залегает в хорошо выраженной погребенной почве, «аллередский» возраст которой (Григорьев Г.П., 1970), по нашему, мнению, омоложен. В инвентаре встречены типично «молодовское» двуконечное острие, пластинки с выемкой на конце, полученной притупливающей ретушью («ножи типа Ргани»), являющиеся полными аналогами орудиям молодовской культуры. Имеются здесь и скребки на пластинах с приостренным основанием, высокие скребки, острия на пластинах, которые по размерам и деталям оформления несколько отличаются от одноименных молодовских орудий. Все же в целом чутулештская и молодовские индустрии не тождественны, вопрос об их однокультурности до появления новых данных остается спорным.
В индустриях долины Днестра и Прута отмечаются и другие традиции, не укладывающиеся в рамки двух описанных выше археологических культур. Своеобразные по материалу памятники, предположительно относящиеся к ранней поре верхнего палеолита, открыты на территории Молдавии, в Попрутье. К ним относятся, например. Гординешты I, Корпач, IV культурный слой, Корпач-мыс (Борзияк И.А., 1978). Особенно любопытен материал IV культурного слоя стоянки Корпач, содержащий наряду со скреблами, остроконечниками, двусторонне обработанными орудиями и обычными для верхнего палеолита техническими и технико-морфологическими группами скребков, резцов, острий, выразительную серию сегментов, т. е. орудий, традиционно относимых к мезолиту, самое древнее — финалу верхнего палеолита. Стратиграфическое положение данного культурного слоя, как и общая характеристика его индустрий (Борзияк И.А., 1978), заставляют относить его к значительно более древнему периоду, скорее всего к ранней поре верхнего палеолита. Таким образом, наряду с такими памятниками, как Уллузо (Италия) и Павлов (ЧССР), содержащими в инвентаре типичные сегменты, IV слой Корпача свидетельствует о значительно более древнем времени возникновения геометрических микролитов, чем это предполагалось ранее.
