Палеолит СССР полностью

5-й культурный слой залегает в нижней части буровато-желтой супеси на глубине 1,3–1,5 м. В нем сохранились следы наземных жилищ, имевших, вероятно, вид шалашей. Каменные изделия немногочисленны и включают листовидные наконечники стрел (рис. 134, 5, 6), ножи и скребла (рис. 134, 3, 4), клиновидные нуклеусы и микропластинки, «точильные бруски» (рис. 134, 2). Н.Н. Диков относит этот слой к раннему голоцену и рассматривает его как однокультурный со слоем 6, но на завершающем этапе развития культуры (Диков Н.Н., 1979а, с. 78). Наличие в этих слоях клиновидных нуклеусов и листовидных двусторонне обработанных наконечников отличает их от слоя 7-го и позволяет сопоставлять с дюктайской культурой (там же, с. 41).

Здесь так же, как и на Алдане, существует противоречие между радиоуглеродными датами, с одной стороны, и обликом материальной культуры вообще и каменного инвентаря, в частности, с другой. Геологический возраст не определен. Единственная статья, посвященная этому вопросу (Шило Н.А., Диков Н.Н., Ложкин А.В., 1967), основана именно на археологическом определении палеолита, которое позволило отнести верхнюю часть разреза к голоцену, а нижнюю — к плейстоцену. Граница между ними проведена на рубеже 5-го и 6-го культурных слоев, причем датировка 10360-350 лет отнесена к 5-му слою, а не к 6-му, как это имеет место в монографиях Н.Н. Дикова. В одной из статей (Диков Н.Н., 1969) говорится о 4-метровой террасе сартанско-осташковского времени, в другой (Диков Н.Н. и др., 1977), посвященной стоянке Ушки V, расположенной на мысу высотой 2,5 м над уровнем озера, упоминается, что речь идет не о надпойменной террасе, а о подрезанном рекой разновысотном (от 4 до 2 м) крае флювиогляциальной равнины.

Каменный инвентарь на фоне позднего палеолита Азиатской части СССР имеет весьма своеобразный облик. Наиболее чужды сибирскому палеолиту наконечники стрел. В палеолите и мезолите Сибири нет ни одного черешкового наконечника, создающего облик культуры 7-го слоя. За исключением одного, более крупного изделия листовидной формы из верхнего слоя Дюктайской пещеры и для наконечников 6-5-го слоев нельзя привести аналогий, поскольку упоминаемые Н.Н. Диковым орудия из Ботойской Ямы и Верхоленской Горы представляют качественно иное явление — наконечники копий или дротиков. Наконечники стрел и некоторые другие элементы инвентаря выводят Ушковские стоянки за рамки позднего палеолита Северной Азии и заставляют искать аналогии с японскими и американскими памятниками.

Комплексное изучение культурных остатков показывает, что основой экономики позднепалеолитического населения Северной Азии была охота на крупных травоядных животных и в первую очередь — северного оленя — стадное животное, доставлявшее человеку не только мясо, но и материал (кость, рог) для производства орудий, и шкуры и сухожилия для шитья одежды. Значение его особенно усилилось в связи с вымиранием или отступанием к северу животных, обладавших большей биомассой (шерстистый носорог, мамонт). Наряду с охотой на северного оленя, после исчезновения толстокожих, усиливается добыча зайца и птиц и в конце эпохи появляется новая отрасль хозяйства — рыболовство. Несомненно, большую роль играло и присвоение готовых продуктов природы — собирательство.

Жилища различной конструкции в таких долговременных поселениях, как Мальта и Буреть, округлое жилище Ачинской стоянки, жилище 6-го слоя Санного Мыса, мощные культурные слои таких поселений, как Афонтова Гора II, где можно предполагать существование жилого сооружения, и Кокорево II — все это резко противостоит тонким культурным слоям стоянок, где отсутствуют кости мамонта и шерстистого носорога.

К сожалению, несмотря на исключительное значение Мальты, она не опубликована монографически. Только благодаря недавнему анализу имеющихся данных, проделанному А.А. Формозовым, можно судить о характере и планировке поселения. Это — один из немногих примеров, когда поселение было исследовано, по-видимому, полностью. На вскрытой площади свыше 1100 кв. м жилища вытянуты цепочкой вдоль реки. В центре находилось единственное на поселении длинное жилище, ниже его по реке располагалась группа из четырех жилищ, выше — группа из шести жилищ. Третья группа из четырех тесно расположенных жилищ смещена ближе к реке (Формозов А.А., 1976а).