Усмехнувшись, Кларисса встала со стула и зачем-то начала ходить по комнате. Сложно представить, что выбор между двух зол может быть таким сложным. Поразмыслить бы обо всем одной, в тишине. Кто-то другой на её месте посчитал бы личным долгом свершить кровную месть, несмотря ни на что. Так принято в Палеонессе испокон веков.
— А если я откажусь, что тогда будет? — поинтересовалась она. — Культ может как-то тебе за это навредить? Или надавить?
— Нет, культ ничего мне не сделает. Ни я, ни ты ничем ему не обязаны. Если хочешь, можем уехать из Палеонесса, навсегда. Забыть про всю эту историю и начать новую жизнь, где-нибудь в другом городе. Подальше от культа.
— И ты бросишь работу в тайной канцелярии, а я учебу в Академии? Ну, уж нет.
Кларисса вновь села напротив матери и вздохнула. На душе было тяжело. Она прекрасно понимала, что мир уже не будет прежним. Захотелось одиночества и тишины. Но мама подошла и молча обняла. Как и в детстве, Кларисса почувствовала родительскую теплоту и заботу. Если бы она поселилась с какой-нибудь другой девушкой и никогда не знала Авилину, решилась бы она тогда на эту безумную месть? На этот вопрос не было ответа. Единственное, что казалось верным — она пожалеет в любом случае. Правильного выбора здесь просто нет.
— Я бы соврала, если сказала, что не боюсь идти на такой глупый шаг, как убийство главы государства, — честно призналась Кларисса. — Только знаешь что? Я всю жизнь жила без отца и прекрасно понимаю, каково это. Не хочу, чтобы Ави страдала так же. Всё равно смерть принца не вернет моих родителей. Ничего уже не изменить.
— И угораздило же тебя поселиться в одной комнате вместе с этой принцессой.
— Да, мам, угораздило. А тебя угораздило сойтись с этим культом.
Мама тяжело вздохнула. Она всегда старалась этой темы избегать, а если не получалось, отвечать однозначно. Но не в этот раз…
— Я была моложе тебя, осталась без родителей. И уже тогда могла натворить много глупостей. Культ дал мне шанс стать достойным членом общества, и я этим шансом воспользовалась. Должность главы тайной канцелярии у меня благодаря культу. И тебя я встретила тоже благодаря культу. А ты — самое большое счастье в моей жизни.
Замолчав на мгновение, дева Талия вздохнула, решив подвести итог.
— Значит, мы всё решили? — подытожила она. — Культ обойдется без нашей помощи?
Она так и не сказала, что сделала бы на месте дочери, а Кларисса решила не спрашивать. Догадалась, что не просто ей дали сделать выбор, ответственность за который целиком и полностью ляжет на её плечи. Что ж, Клариссе с этим жить, а не кому-то другому. И похоже, придется всё же отказаться от работы, которую предлагал привратник Веймар. Быть на побегушках у убийцы родителей нет никакого желания.
— Да, мам, решили. — Кларисса встала с места, поняв, что уже засиделась. — Я не могу отсутствовать долго, Ави будет искать меня.
— Да, конечно, иди.
В голосе прозвучали оттенки усталости.
— Когда мы увидимся в следующий раз?
Но она только лишь пожала плечами.
— Не знаю. Я сама тебя найду. И не засиживайся за учебниками допоздна. Отдыхать тоже надо уметь.
— Хорошо, — улыбнулась Кларисса, почувствовав заботу. — Пока, мам.
Кода она вышла из кабинета, уже близился вечер. Кларисса шла по коридорам Академии к себе в комнату, ощущая, как мир вокруг становился каким-то чужим. Она сама не заметила, как дошла до комнаты, в глубине души надеясь, что принцессы там нет. Хотелось побыть одной в тишине и как следует обдумать всё услышанное. Но, открыв дверь, Кларисса застала подругу сидящей возле окна с учебником. Авилина сразу же принялась что-то говорить и приставать с расспросами. Кларисса отвечала односложно и, присев на кровать, слушала в пол уха и что-то отвечала, поддерживая разговор. Но в то же время, не переставая думать о настоящих родителях.
Когда в деревне рождался ребенок, устраивали шикарный пир. Дом тщательно подготавливали к приходу гостей, звали соседей, родственников, друзей. Если рождалась девочка, сочиняли песню или стих, восхваляющие её будущие великие деяния. Кларисса помнила, как бывала с мамой на таком пиру, веселилась с другими детьми и наедалась до отвала. Но теперь она задавалась вопросом, устраивали ли такой пир в её честь? И какой судьбы хотели бы для неё настоящие родители? Никто и никогда не сможет ответить на эти вопросы. Выходит, она ведь даже не знала свое настоящее имя. Мама дала ей имя, но родители при рождении наверняка нарекли по-другому. Да и если честно, имя Кларисса ей никогда особо и не нравилось.
— Всё в порядке? Кажется, ты читала какую-то грустную книгу.
Кларисса подняла голову и увидела, что подруга обеспокоенно смотрит на неё.
— Всё нормально.
— Я же вижу, что нет.
Кларисса не желала что-либо объяснять. А если и захотела, то не смогла бы вымолвить ни слова. Делать вид, что всё хорошо, когда на душе тяжело оказалось сложнее, чем она представляла. В одном мама была права: Кларисса и правда не умела ни врать, ни притворяться.
— Ладно, можешь молчать и дальше, — смирилась Ави. — Если захочешь поговорить, знай, что я всегда рядом.
