— Она сказала мне, что я могу занять любую спальню, кроме твоей, представляешь? Так и сказала!
— Это не мои слова, поверь. Если бы я знал, что приедешь, ты, моя прелесть, отдал бы совершено противоположный приказ.
Эва расправила узел и осуждающе глянула на Яна:
— Какой ты агрессивный! Я бы точно тогда бежала отсюда со всех ног.
— Так бы и бежала? — спросил он хитро.
— Да, — серьёзно ответила она, придирчиво рассматривая результат своих усилий. — Нет, этот мне тоже не нравится. Я потом потренируюсь, хорошо? — Она скривилась при виде своего творения и, ослабив узел, стянула его, бросив его на кровать.
— Тогда я буду ходить без галстука, пока ты не научишься вязать нормальные узлы. — Он заключил её в крепкие объятья, сцепив руки на талии.
Поправив воротничок, она расстегнула верхнюю пуговицу и разгладила рубашку на плечах, привычным совершенно женским жестом, посматривая при этом ему в глаза. Непонятное выражение, затаившееся в их синеве, слегка смущало. Но за последние две недели, что они жили вместе, она уже начала к этому привыкать. Понять его до конца было невозможно, а спрашивать не хотелось. Боязнь, что услышит совсем не то, на что надеется, останавливала. Эва и так была счастлива, а слова — это всего лишь слова… Главное то, что она чувствовала; что он давал почувствовать. А облекать его действия в словесную форму не очень благодарное занятие.
Эва обняла его за плечи, распластавшись у него на груди, поцеловала с нескрываемым удовольствием, скользнув языком во влажную глубину рта, сливаясь с ним в единое целое. Он ответил, оторвавшись на мгновение и тут же приникая к её мягким губам в завершающем лёгком поцелуе.
— Ну что, пойдём завтракать?
— Да, — последовал ответ, и Ян стащил её с кровати и поставил на пол. — Я провожу тебя, а потом начну собираться сама.
— Куда это?
— Хочу привезти из своей мастерской другие краски и разбавители, а также мне нужна новая палитра. Эта поцарапалась вся. А палитра должна быть гладкой.
— Я отвезу тебя.
— Правда? Я быстро. Эва поторопилась в комнату на первом этаже, которая теперь выполняла функции гардеробной.
Ян открыл дверь со стороны пассажира, приглашающе кивнув Эве. Она села и пристегнулась, усердно делая вид, что не заметила направленного на неё выразительного взгляда, хотя саму уже распирало от смеха. Оба вспомнили, как не так давно собирались поужинать в ресторане, но так никуда и не пошли. Об этом красноречиво напомнило платье, что сегодня надела Эва.
— Я не знаю, что мне надеть, — с явным недовольством в голосе тем вечером сказала она, потому что накануне купила кучу новых вещей и теперь не могла выбрать, в чем пойти.
— Давай, показывай. — Ян устроился на её кровати.
— Вот, — изрекла она и довольно покрутилась перед ним, представ в платье нежного молочного цвета из тонкого гладкого трикотажа, с длинными рукавами и вырезом, соблазнительно оголяющим одно плечо. Оно идеально облегало фигуру, не будучи слишком узким, а лишь приятно подчёркивая женские округлости.
— Нет, — сходу отверг Ян.
— Почему? — она недоуменно уставилась. — А мне оно нравится. Мне кажется, оно мне идёт, нет?
— Давай следующее. — Он пренебрежительно махнул рукой, даже не удостоив её дальнейшими комментариями.
Она скрылась в гардеробной, появившись через минуту.
— А вот так? — Она разгладила несуществующие складки на подоле короткого чёрного платья, простого без лишних деталей, с косыми гипюровыми вставками на груди.
Ян придирчиво оглядел её, будто сомневаясь, а потом покачал головой.
— Нет.
Эва исчезла меньше чем на минуту и появилась в другом чёрном платье, — длиннее, чем предыдущее. Ян даже не стал его разглядывать.
— Дальше. — Подавил улыбку, наблюдая, как Эва с воинственным видом удалилась.
— Это?
На ней было чисто белое с короткими рукавами платье.
— Следующее.
Постепенно запал Эвы угас, и в глазах появилось иное выражение. Она уже не крутилась перед Яном, а быстро напяливала одно платье за другим и молча выходила к нему.
Услышав очередное «нет», уже в пятнадцатом по счёту платье, Эва с вызовом посмотрела на него, откинув каскад шелковистых волос за спину.
— Ты сказал «нет»? — Лицо её зарумянилось, выдавая эмоции.
Ян описал указательным пальцем круг и сложил ладони домиком, уперев их в подбородок.
— Повернись ещё раз.
Эва покрутилась на месте и встала перед ним, уперев руки в бока.
— Мне не нравится, — сделал он вывод, вызвав у неё желание прибить его на месте или, по крайней мере, стереть с его лица довольную ухмылочку.
— Не нравится, значит… — Она потянулась к подолу и сняла с себя платье, оставшись в одном белье. — Значит — я пойду так!
— Да, — выдохнул он и завалил её на кровать. — Вот этот наряд мне больше по душе. А вообще мне первое очень понравилось… очень. Следующий раз я сам хочу с тебя его снять.
— Отпусти… — шипела она в гневе, но он уже стянул с неё бюстгальтер. — Что? Что ты сказал? — замерла под ним.
— Я сказал, что мне понравилось самое первое платье, которое ты надела.
— Ты… Ах, ты, поганец! — Она хлопнула его ладошкой по плечу. — Ты заставил меня перемерить пятнадцать платьев, только чтобы позлить меня!
