С трудом взбирается, пыхтя, кряхтя. На трясущихся ногах пытается вставить в ключ в невидимый для нас разъём. Тряслись ноги у него больше от того, что молодому было уж очень тяжело. И сам он трясся, и напарника своего тряс.
Не видят разъём и алые. Больше по памяти ориентируются. В момент ключ с неприятным скрипом да попадает.
— Так, стой ровнее!
— А ты на дёргайся!
Аккуратно проворачивает медальон, актуривующий какие-то механизмы. И замаскированная дверь медленно отъезжает в сторону. А за ней темнота. Непроглядная, всепоглощающая.
— Странно, обычно свет здесь включён, — потирает подбородок старший.
— Да слезь ты уже! — сбрыкнул его молодой.
Кэп же потянулся за спрятанным где-то за его спиной артефактом. Легко его нашупав и взяв в руку, направляет его вглубь и активирует.
Маленький белый светлячок вылетает и неспешно порхает куда-то вглубь, пока не взорвался вспышкой, освещая всё помещение. А там…
Когда-то в прошлом большой красивый зал с причудливым орнаментом по колоннам и аркам был чудовищно изуродован.
Невооружённым глазом видны следы битвы. Пробитые стены, упавшие люстры, то тут, то там следы гари и воронки от взрывов, местами достигающие пары метров. Уничтоженная, сожжённая мебель. Сейчас её и не узнать.
А посреди всего этого тела. Тела в алых накидках. С ужасом, застывшим на их лицах. Это была бойня. Кровавая, не жалеющая никого. Тут можно увидеть и взрослых, и детей.
Мы готовились к битве, а все наши враги уже повержены. Печальное зрелище.
На наших пленных было жалко смотреть. Что постарше, тот стоял со стеклянными глазами. Он всё ещё не может осознать увиденное, поверить, что всё происходящее — правда.
Он готов был провести нас в сердце крепости, уверенный в том, что нам не справиться с его соратниками. Пали те, в ком был уверен, что сила и удача их не подведёт. Когда-то проведённые совместные операции скрепили их дружбу и увереность в завтрашнем дне. Но все это уже не имеет смысла. Дело всей его жизни уничтожено одномоментно. Ещё пару дней назад здесь царила дружеская атмосфера, смех весёлых компаний был слышен повсеместно. И сейчас он смотрит на руины родного дома, в котором прожил не один год. Надо это всё осознать, понять, что он мог сделать, чтобы такого не допустить? Теперь потерян в пучинах своего разума. Ему ничего не надо.
А вот молодой паренёк повёл себя совершенно по-другому. Как будто у него упал груз с плеч. Свободный, гордый. Одним словом, орёл. Ему не нравилась вся эта возня. Хотелось чего-то нового. Сбежать, прожить жизнь иначе, а не умереть от лап какого-нибудь монстра. В глазах мерцает шанс, шанс, что изменит всё. Именно так он видел со стороны всю эту резню, всю эту кровь, выпущенные кишки, сломанные конечности. Не так ужасен вид, как чудесны открывшиеся возможности.
— Кто их так?
— А как же драка?
— Всё? Теперь домой?
Возмущению воинов не было предела. Кэп лишь расслабленно выдохнул. Чем меньше опасностей на их пути, тем больше ребят вернётся домой, чему он будет только рад.
Мы медленно прошлись по залу. Бойцы разглядывали хаос, творящийся вокруг, в надежде найти что-нибудь стоящее. Я же с Кэпос проверяли всё на совершенно ином уровне.
Что удивило, так это обилие разлитой маны в пространстве. Аж противно. Я невольно зажмурился.
— Понимаю, самому тошновато тут находиться. Поживи тут пару месяцев в такой обстановке, и ты с лёгкостью станешь магом.
— Или ещё какой фигнёй, — засмеялист бойцы.
— Но какая-то она противная, липкая. Я бы не стал здесь долго находиться. Ни за какие шиши, — невольно закрылся Кэп. И я его прекрасно понимал. Самому не по себе.
Почувствовав какие-то возмущения, мы синхронно повернулись. Перед нашими глазами разливается фиолетовым заревом портал.
— О, а вот и наши гости, — фигура в тёмно-фиолетовом плаще приветливо машет из него, сделав шаг навстречу, неуклюже вываливается. — Простите за этот спектакль. Не фанат, но попробовать стоило. Какие люди… Костя и… Как там тебя? Хм, дай-ка подумать… Боюсь, мы не встречались. Удивительное место.
Голос. Его голос. Удивительно знакомый. Вот только чей он? Никак не могу вспомнить.
— Что-то забыл, Константин? Я тебе напомню. Но в другом месте, — достаёт посох и начинает обстреливать нас светло-синими молниями.
Первую партию я отразил. Один снаряд попал ровно в колдуна, на что он подёрнулся и оказался рядом с собой.
— Интересный эффект. Ха-ха!
Портал так и не закрывается. Чего он добивается? Хочет утянуть меня с собой? А я так просто не дамся.
Слегка изменив что-то в посохе, он что-то удовлетворительно буркнул себе под нос. Был готов вновь начать нас поливать огнём, как Кэп вступил в игру.
Вобрав в плетение кровь десятки алых, командир начинает атаковать незадачливого колдуна ледяными сосульками, словно пулемёт.
Наш противник такой жест не оценил. Даже старательно его проигнорировал. От чего-то он просто увернулся, а от чего-то…
