— Так в чём же дело? — воскликнула я, пропуская мимо ещё один клубок пламени. Отступила в сторону, и он, отскочив от стены, пролетел там, где только что была моя спина. — Не можешь достать грязнокровку?
Он стал бросаться в меня оглушающими; несколько штук отскочили от стены. Пришлось внимательно следить за их траекториями, чтобы не ударили в спину. Я не спускала пристального взгляда с противника, а насекомых использовала, чтобы следить за тылами.
Его лицо всё сильнее пылало, он сердился, в глазах появилась решимость. В выражении лица появились очень недобрые черты. Что-то подобное я замечала на лицах учеников только в самые первые дни здесь.
Вообще не понимаю, о каком случае он говорит. Ничего я такого не делала, что могло бы его задеть, со дня попадания Эйвери в больницу, и уж точно я не делала ничего, что могло бы вызвать такую сильную злость.
— Мой отец мёртв, — крикнул он. — И ты за это заплатишь!
В глазах его появились слёзы и чистейшая, неприкрытая ненависть. Он бросил в меня чем-то темномагическим, чего я не могла распознать. Я шагнула в сторону и тут же упала на пол, когда оно изогнулось, словно хлыст, чуть не ударив меня в спину.
Он собирался меня убить. Я знала это с момента, когда он поднял барьер — только не понимала, почему. Его отец что, был одним из Пожирателей Смерти, напавших на нас в лесу? Это был, конечно, мой большой прокол — я не выяснила личности нападавших. Стоило оставаться начеку рядом с их детьми. Родственные связи в Волшебном мире такие тесные, что у тех Пожирателей почти наверняка кто-то из родственников сейчас учится в Хогвартсе. Да, большинство не станет со мной драться ни за какие коврижки, но потерявший близкого вполне способен наплевать на последствия. Ему будет неважно — получит ли он ранение или будет исключен из школы, лишь бы человек, разрушивший его жизнь, был уничтожен.
Если я позволю Уоррингтону действовать дальше — он станет только наращивать усилия, и рано или поздно кому-нибудь навредит.
— Твой отец сам убил себя, знаешь ли, — констатировала я.
— Нет! Его друзья рассказали, что там было!
— Что рассказали? Что он решил слегка подшабашить на Пожирателей Смерти и хотел убить двух одиннадцатилеток? Ну, о-очень смелый поступок.
— Заткнись! — заорал он. Выкрикнул заклинание, и с его палочки в мою сторону полетел огонь.
Я ответила режущим заклинанием, оно пролетело мимо и, отскочив от синего барьера, поразило его в нижнюю часть спины, заставив вскрикнуть и пошатнуться.
Я продолжала:
— Он подох, как маленькая сучка, скулил и просил пощады, как поступаете все вы, трусы.
Никогда не сказала бы такого перед толпой свидетелей, если бы нас могли слышать.
Он заорал и кинулся ко мне, бросая один огненный шар за другим. Я отскакивала, и уклонялась, и стреляла в ответ, полосуя его заклинанием Диффиндо. Удалось зацепить его икроножную мышцу, кровь хлынула потоком. Потеря крови будет замедлять его, неясно только, хватит ли ему времени, чтобы все же удачно попасть по мне.
Я ухмыльнулась и добавила:
— Даже грязнокровку задеть не можешь. Папочка бы гордился!
Он отправил в меня несколько заклинаний, они отразились от моего щита и пробороздили пол. Было только вопросом времени, когда он перейдёт к заклинаниям, защиты от которых я не знала.
Сейчас от него я ждала чего угодно — даже убивающее проклятье, про которое я слышала, что оно прошивает любые щиты, как нож масло.
Пора было заканчивать.
Он выдыхался, и я воспользовалась паузой между его атаками, чтобы атаковать:
— Акцио, туфли.
Я только изучила это заклинание и рада была шансу его применить. Обувь Уоррингтона дёрнуло ко мне, он потерял равновесие и шлёпнулся на спину. Его медленно потащило в мою сторону.
Он отменил заклинание. Лицо его покраснело ещё сильнее, и он применил ещё одно заклинание прямо с пола.
Две змеи заскользили по полу в мою сторону. Я не знала, ядовиты ли они, но, вероятно, да.
Уоррингтон смотрел на меня пристально, ожидая, видимо, что я приду в ужас. Вообще не поняла, что его навело на такую мысль — он что, не жил со мной по соседству полгода? Он что, правда считал, что парочка змей заставит меня трепетать от ужаса?
Я прикинула варианты. Можно было попробовать поговорить со змеями, но я знала всего несколько слов, и змеи были наколдованы. Может, это не змеи, а какие-то проекции? Тогда все мои разговоры будут пустой тратой времени, а за это время змеи подползут на дистанцию броска.
Лучше было не давать им такого шанса. Я взмахнула палочкой и произнесла:
— Аква Эрукто!
Я сконцентрировала свою волю, и поток воды вырвался из моей палочки, врезался в змей и отбросил их. Шаг вперёд. Змеи пытались обогнуть водяной поток и приблизиться, но я заливала их потоком, и их отбрасывало ещё дальше.
Наконец, они ударились в мальчишку, и я ударила его потоком воды прямо между ног. Я видела, как змеи раз за разом впиваются в него, пока он пытается их изгнать.
— Скорджифай, — холодно произнесла я.
