Не портят вида разные строенья.Янину скрыла ближних гор стена,Лишь там и здесь убогие селенья,Кой-где маячит хижина одна,А вон поляна горная видна,Пасутся козы, пастушок на круче.Простых забот вся жизнь его полна:Мечтает, спит, глядит, откуда тучи,Или в пещере ждет, чтоб минул дождь ревучий.53Додона,[94] где твой лес, твой вещий ключ,Оракул твой и дол благословенный,Слыхавший Зевса голос из-за туч?Где храм его, для Греции священный?Их нет. Так нам ли, коль падут их стены,Роптать на то, что смертным Смерть грозит!Молчи, глупец! И мы, как боги, тленны.Пусть долговечней дуб или гранит,Все — троны, языки, народы — Рок сразит.54Эпир прошли мы. Насмотревшись гор,Любуешься долинами устало.В такой нарядный, праздничный уборНигде весна земли не одевала.Но даже здесь красот смиренных мало.Вот шумно льется речка с крутизны,Над нею лес колеблет опахала,И тени пляшут в ней, раздроблены,Иль тихо спят в лучах торжественной луны.55За Томерит[95] зашло светило дня,Лаос[96] несется с бешеным напором,Ложится тьма, последний луч тесня,И, берегом сходя по крутогорам,Чайльд видит вдруг: подобно метеорам,Сверкают минареты за стеной.То Тепелена, людная, как форум,И говор, шум прислуги крепостной,И звон оружия доносит бриз ночной.56Минуя башню, где гарем священный,Из-под массивной арки у воротОн видит дом владыки ТепеленыИ перед ним толпящийся народ.Тиран в безумной роскоши живет:Снаружи крепость, а внутри палаты.И во дворе — разноплеменный сброд:Рабы и гости, евнухи, солдаты,И даже, среди них, «сантоны» — те, кто святы.57Вдоль стен по кругу, сотни три коней,На каждом, под седлом, чепрак узорный.На галереях множество людей,И то ли вестовой или дозорный,Какой-нибудь татарин в шапке чернойВдруг на коня — и скачет из ворот.Смешались турок, грек, албанец горный,Приезжие с неведомых широт,А барабан меж тем ночную зорю бьет.58Вот шкипетар,[97] он в юбке, дикий взор,Его ружье с насечкою богатой,Чалма, на платье золотой узор.Вот македонец — красный шарф трикратыВкруг пояса обмотан. Вот в косматойПапахе, с тяжкой саблею, дели,[98]Грек, черный раб иль турок бородатый, —Он соплеменник самого Али.Он не ответит вам. Он — власть, он — соль земли.59Те бродят, те полулежат, как гости,Следя за пестрой сменою картин.Там спорят, курят, там играют в кости,Тут молится Ислама важный сын.Албанец горд, идет, как властелин.Ораторствует грек, видавший много.Чу! С минарета кличет муэдзин,Напоминая правоверным строго:«Молитесь, бог один! Нет бога, кроме бога!»60
