Память полностью

А стрежневой прямоток Другусны мог вызвать в проране исключительно счастливые последствия! Стоит вглядеться в сохранившуюся натурную реальность, чтобы живо представить себе, как Другусна, ударяя течением в южную подошву горы и быстро, коротким рукавом сбегая к Жиздре, подмывает глинистый грунт рва полукружием. И лобовая крепостная стена могла быть построена по обрыву с прогибом. Это был бы оригинальнейший, не имеющий аналогов в средневековой русской фортификации случай. Существовали круглые, округлые, овальные, позже квадратные, правильно и неправильно многоугольные контуры крепостей, изучены всевозможные зоны обстрела вдоль стен, но идеальными защитными качествами обладала бы стена вогнутая, сферическая – враг, подступающий к любой ее точке, мог быть поражен с любой точки и со всех сразу, а особенно эффективно с надвратной и угловых башен!

– Было бы само собой разумеющимся построить такую стену! Неужели козельцы, веками улучшая оборонные качества своей крепости, ие додумались до этой еще одной гениально простой вещи?

– Не знаю. Были средневековые русские крепости, строители которых с исключительным остроумием создавали для врага искусственные препятствия. Проход к воротам, например, делался кое-где таким образом, чтоб нападающий не мог свободно пользоваться мечом, саблей или копьем с правой руки… На миниатюре, изображающей Козельскую оборону, вогнутость южной, лобовой стены, если она была, рассмотреть не удается, но ведь средневековая русская живопись не знала изображений в глубину, любая перспектива выглядела плоскостной, и, кроме того, миниатюра вместила лишь небольшой участок стены, да еще е условной масштабностью, несоблюдением реальных величин при изображении башен, камней, людей, оружия. Правда, есть косвенное, но неоспоримое доказательство, что воротная стена Козельской крепости высилась непосредственно на краю рва – перед ней не было вала, как во всех других крепостях средневековой Руси.

– На я так понял из предыдущего, что остатки этого вала у «горлышка» можно и сейчас посмотреть – на него вроде бы пошла земля из рва?

– Правильно поняли, и я сам ходил там по гребням еще не исчезнувшим. Однако древний вал этот, насыпанный довольно близко к южному обрыву, располагался необычно – не перед стеною, а за ней, перед детинцем.

– Как это можно установить?

– В Ипатьевской летописи сказано предельно ясно, что «разбившимъ градоу стеноу и возиидоша на валъ Татаре».

– И верно – убедительная подробность.

– От этого вала совсем немного места до края обрыва, и козельцы, естественно, соорудили стену на самом этом краю, чтоб не было свободных площадок для осадных лестниц и туров. А если край обрыва шел дугой, обращенной к городу, то стена должна была повторить эту дугу. Некоторая кривизна рва могла сохраниться даже до прошлого века, но железнодорожная выемка, конечно, спрямила ее. Найти бы в архивах отчеты о тогдашних земляных работах в Козельеком перешейке или старинный план города!

– А что же говорят археологи?

– Ничего не говорят…

Это может показаться странным, дорогой читатель, но пока ни один ученый досконально не изучал крепости, ее гидротехнических и земляных сооружений, никогда лопатка археолога не касалась козельской горы. Неужто, еще в еще раз спрошу, мы и в самом деле так ленивы и нелюбопытны?

С урусом, придумавшим эту крепость, Субудай говорил бы как с равным, потому что тот был равным ему воителем, хотя и оборонным, неспособным выиграть хорошую войну, дающую большую добычу.

Первое тяжелое препятствие на пути к воротной стене – вал. Он был пологим с внешней стороны, открытым для стрел – со степи и башен можно без опаски поражать цель, на расстояния добивать раненых, если они поползут к лесу. Крутой внутренний скат вала – простая и хитрая ловушка, из нее уж не выбраться ни одному воину, потому что толстый слой льда обрывался у края рва. Лед урусы успели наморозить и с внешней стороны вала, но скоро он растает, потому что начал уже таять на стене и воротах.