– Я шокирована тем, что Мияна до сих пор не находится в тюремной камере, да и вообще сейчас еще пребывает в Мире Живых. Сулесс очень хорошо умеет разжигать паранойю.
– Еще не все потеряно, – сказал Тераэт. – В конце концов, ее сестра была убийцей из Черного Братства. Как только Келанис решил не выполнять обещания, данного Таэне, он наверняка перестал спать в одной комнате со своей женой.
– Валатея же оставила у себя символ? – Ксиван наклонилась вперед, упершись локтями в колени. Она напоминала волка, высматривающего добычу.
– Разумеется, – сказал Тераэт.
– Хорошо.
Валатея встала и подошла к судье.
– Выслушайте мои слова, ибо я не стану лгать, – поклонилась Валатея. – Закон Дейноса – устаревшая система, которая больше не имеет никакого значения в нашем мире. Этот благонамеренный, но непрактичный закон казался мудростью, когда идея души была для нас новой, когда мы только начинали понимать магию и понимать, что магия значит для нас как для культуры и для народа. Теперь мы знаем, что души вполне материальны, не ускользающи и не ослабевают даже со смертью. Почему мы настаиваем на том, чтобы те, кто обладает все той же душой, той же личностью, той же силой характера, был лишен привилегий и преимуществ своей собственной идентичности? Пришло время признать, что мы готовы выйти за рамки закона, утверждающего, что мы менее важны, чем плоть и кровь нашего рождения. Спасибо.
Она снова села в кресло.
Дейнос коротко кивнул ей и, расправив плечи и вскинув руки, встал.
– Выслушайте мои слова, ибо я не стану лгать, – сказал Дейнос. – Мы, ванэ, никогда не были сторонниками правил. Наших законов мало, но, поскольку их мало, мы обязаны быть скрупулезными в их исполнении. Закон Дейноса защищает нас от анархии, ибо, как вы знаете, ничто не мешает нам воскресить давно умершего правителя и настаивать на том, что его притязания были более законными, чем притязания монарха, сидящего на троне. Если бы кто-то воскресил королеву Террин, никто из нас не смог бы отрицать ее очевидных заслуг, но разве можно позволить кому-то, кто мертв уже более четырех тысяч лет, просто вернуть себе трон и снова править нами? Благодаря закону Дейноса у нас упорядочена преемственность и наследование, и, более того, он защищает тех, кто воскрес или переродился, от ответственности за преступления предыдущих жизней. Грифельная доска нашей жизни стерта, дабы мы могли начать все сначала. Это система, которую мы используем уже тысячи лет. Изменение закона сейчас ради целесообразности подрывает все, что мы представляем. Спасибо.
Судья Мегрэа кивнула и помахала рукой Валатее.
– Ты можешь приступить к обсуждению.
– Спасибо, – сказала Валатея, вставая. Она подошла к центру, став лицом к Дейносу, который тоже встал. – Вы говорите, что Закон Дейноса защищает нас от анархии, но я говорю, что мы уже непоследовательны и непостоянны в его применении. Разве я не нарушила Закон Дейноса? Разве Основатели в этой комнате не нарушили Закон Дейноса? – Она повернулась к ним лицом. – Разве нас
Глаза Тераэта расширились:
– О, теперь я понимаю, почему Териндел был так уверен, что они проголосуют за него. Из-за личного интереса.
– Они… так и будут продолжать в том же духе весь день? – спросила Талея.
Он кивнул:
– По большей части да.
– Тогда ладно. – Талея откинулась на спинку кресла. – Полагаю, тогда нет необходимости беспокоиться о том, будет ли она достаточно долго находиться под воздействием знака.
Внизу, в зале Парламента, судья Мегрэа наблюдала за Валатеей.
– И каков же твой вопрос?
Валатея рассмеялась:
– Прошу прощения. – Она тепло улыбнулась Дейносу. – Ты когда-нибудь был у Колодца Спиралей, чтоб получить новое тело?
Дейнос усмехнулся:
– Конечно.
– Так почему же цали, в которое ты перенесся до того, как твоя душа оказалась помещена в новое тело, отлично от цали, которое пролежало на полке пятьсот лет?
Дейнос поднял бровь:
– Дело не в этом. У тебя, кажется, сложилось ошибочное представление, что мы не делаем различий между тем, кто умер и воскрес, и тем, кто просто долго оставался внутри цали, но мы различаем это и всегда различали. Вы и другие Основатели все еще носите свои титулы, потому что Закон Дейноса к вам неприменим. Вы не умирали.
– Хаэриэль и Териндел тоже не умирали, – возразила Валатея.
– Но они умерли, – заметил Дейнос. – В обоих случаях у нас были их трупы. Они явно умерли.
– О-о-о, – протянула Валатея, – тогда, я полагаю, мы должны сначала определить, что такое смерть.
Дейнос вскинул руки.
– Разве не очевидно, что это прекращение функций тела и мозга?
