Первыми были зелья, разнообразные, но при этом все неприятные на вкус. Он пил их молча, понимая, что спорить всё равно бесполезно и его домашний колдомедик настоит на своём. Беря очередной флакон, он размышлял о том, что никогда не мог предположить, что в этом саркастичном и часто язвительном юноше будет скрываться столько заботы и тепла по отношению к нему. Когда-то он даже сомневался, что этому магу известно хотя бы значение слов «забота» и «тепло». А сейчас представлять себе возвращение домой, где его не будут встречать саркастичными словами, но в то же время с такой нежностью и вниманием, даже не хотелось.
- Теперь очередь мазей, - раздался насмешливый голос, и одного взгляда хватило, чтобы понять, что его избранник знает, о чём он сейчас думает. - Ложись поудобнее, представитель Годрика Гриффиндора.
- Слушаюсь и повинуюсь, последователь Салазара Слизерина, - со смехом добавил он и уточнил: - Или нужен более значимый титул?
- Самый прекрасный и изысканный, затмевающий собой свет луны и солнца было бы предпочтительнее, - произнёс его возлюбленный, начиная наносить целебный состав на его кожу. - Хотя вряд ли ты запомнишь столь сложное обращение.
- Тогда уж лучше подойдёт самый великий и самый скромный, - произнёс он, пытаясь сдержать глупую ухмылку.
- Подойдёт, - кивнул его добровольный колдомедик, в то время как его руки нежно и аккуратно втирали целебный состав сначала в его руки и грудь, а потом переместились на ступни и стали подниматься вверх по голени к бёдрам. Дышать ровно становилось всё более и более сложным делом, чем выше продвигалась лечебная процедура.
- Нравится? - лёгкие колебания в голосе говорили о том, что его личный целитель тоже не остался равнодушным.
- Да, ты же знаешь, что да, - выдохнул он, мечтая о переходе к чему-то более волнительному и восхитительному.
- Перевернись, мне нужно смазать спину, - не сдавался его избранник, продолжая эту своеобразную мучительную игру.
Ему ничего не оставалось, кроме как подчиниться. Переворачиваясь, он не смог удержаться от гримасы разочарования.
- Потерпи, ещё всё будет, - раздался шёпот, в то время как на его спину вылилась ещё одна порция целебного бальзама.
Руки, втирающие бальзам, по-прежнему были нежными и ласковыми, но стали двигаться гораздо быстрее. Его партнёр тоже начал торопиться.
Но вот целебный состав уже нанесён… И вот уже изящные руки движутся по телу, лаская ставшую чувствительной кожу.
- Не томи, - раздалась то ли просьба, то ли мольба, когда терпеть уже не оставалось сил.
- Сейчас, мой хороший, сейчас, - прозвучал ответ, прерываемый поцелуями. – Расслабься, я обо всём позабочусь…
…Ранее утро. Староста факультета слизеринцев Драко Малфой лежал на кровати и смотрел на спящего рядом с ним гриффиндорца Гарри Поттера. В предрассветных лучах парень был необычайно прекрасным… Загорелая гладкая кожа, растрепанные смоляные волосы, приоткрытые губы - всё это было безумно притягательным для наследника Малфоев. Юноше нестерпимо хотелось протянуть руку и коснуться спящего. Пригладить волосы, провести пальцами по скуле, дотронуться до шеи…
Но нельзя. Гарри снился сон, и аристократ с готовностью отдал бы половину своего состояния, только бы узнать, что именно снится его избраннику. Но это ещё и означало, что действие зелья Сна без сновидений уже закончилось. И гриффиндорец в любую минуту мог проснуться.
Драко понимал, что уже нужно вызвать эльфа, чтобы тот перенёс спящего в его спальню, но слизеринец не мог. Это означало бы, что самая прекрасная ночь в его теперешней жизни закончилась. Ночь, когда просыпаясь, он мог слышать дыхание спящего рядом с ним любимого человека.
Как только Гарри исчезнет, ему останутся только воспоминания. Воспоминания, которыми он даже не сможет поделиться с избранником. Он не сможет пошутить на тему того, что гриффиндорец забавно сопит во сне или о том, что он старается завернуться в одеяло, как в кокон. Нет, слизеринец не может этого сделать, поскольку эту ночь он украл… Все эти воспоминания запретны, и Гарри может никогда и не узнать о ночи, проведённой в кровати слизеринца…
- Наследник Малфой, время, - в комнате беззвучно появился Добби. - В Восточной башне все скоро начнут подниматься.
- Да, Добби, сейчас, - проговорил Драко, доставая палочку и насылая на гриффиндорца лёгкие Сонные чары, чтобы тот не проснулся при перемещении. - Теперь можно.
Эльф и маг исчезли, а слизеринец перелёг на половину, где ещё мгновение назад лежал его любимый, ощущая лёгкое тепло и едва уловимый запах.
Крепко зажмурившись и зажав в кулаке простынь, юноша раз за разом повторял про себя, что Гарри Поттер проживёт с ним, Драко Малфоем, долгую и счастливую жизнь.
Четверг часть 2
