На несколько мгновений в комнате повисла тишина. Никто не хотел озвучивать то, что знал каждый присутствующий в этой комнате. Там, в одном из самых монументальных объектов Магической Британии, их близким и дорогим людям угрожала опасность. Более того, надежда, что кто-то из них сможет вернуться домой, таяла с каждой минутой.
- Остаётся только ждать, - тихо произнёс Вуд, в этот миг вспомнив щуплого черноволосого мальчишку, которому он рассказывал о спорте магического мира. - Сейчас в Министерстве решается судьба Магической Великобритании. И нам ничего не остаётся, как ждать и надеяться.
Вопрос о бездействии авроров волновал и Северуса Снейпа, который всё же ощутил вызов Лорда. Переместившись в Министерство, предварительно наколдовав себе маску и мантию упивающегося, маг поспешил пройти на место встречи. В это время вместо очищения сознания профессор размышлял над тем фактом, что ни в Отделе Тайн, ни в зале с Аркой, куда и привёл его вызов, не было и следа ушедшего ранее Сириуса Блека. В тот же момент зельедел подумал, что Лорд наверняка позаботился о защите захваченной им территории, так что вокруг Министерства уже наверняка поставлены дополнительные щиты, не пропускающие никого, кроме магов, которых призвал сам змееликий. Этим и объяснялось то, что Блек, несмотря на угрозу для крестника, не смог пока проникнуть в Министерство. Однако сей факт только уменьшал и так небольшие шансы противников Лорда выбраться живыми из захваченного здания.
Но что было ещё удивительней, чем отсутствие анимага, это отсутствие в зале самого Гарри Поттера. На возвышении возле Арки стоял трон. На нём и восседал весьма довольный собой Лорд, которого зельедел поспешил поприветствовать глубоким поклоном. У ног сидящего лежала верная Нагайна, а за спинкой кресла стоял собранный и невозмутимый Теодор Нотт. Однако преподавателю, учившему парня пять лет, было понятно, что на самом деле Тео чувствует себя очень неуютно. Сказывалось влияние близко находящегося мощного артефакта, Арки Смерти. Да и приказ стоять возле трона Тёмного Властителя, рядом с его сверхчувствительным фамильяром, никак не придавал слизеринцу позитивных эмоций. В этой ситуации магу оставалось только порадоваться, что его подопечный настолько хорошо контролирует себя, что даже в столь сложной ситуации никак не выдаёт своих истинных чувств.
Внизу же на некотором расстоянии от трона Лорда стоял почти весь внутренний круг упивающихся, среди черных капюшонов которых резко выделялись рыжая шевелюра Рона Уизли и белокурые локоны Полумны и Ксенофилиуса Лагвудов. Зельедел не понимал, зачем Тёмному магу понадобилось вызывать в захваченное Министерство отца с дочерью, но факт оставался фактом, семья издателя была в плену у Лорда. Возле каждого подростка и старшего мага стояло по двое упивающихся. Такая усиленная охрана ясно давала понять, что пленниками змееликий маг дорожит и поэтому любая попытка бегства обречена на неудачу. Между тем, сами пленники ничего не предпринимали, дабы освободиться. И если гриффиндорец бросал на врагов гневные и презрительные взгляды, то отец с дочерью стояли так, словно находились на каком-то торжественном приёме, а именно широко улыбались всем присутствующим. Снейп не удивился бы, если девушка взяла бы в руки небольшое зеркальце, висящее на цепочке подобно кулону на её груди, и стала, глядя в него, поправлять причёску. Привыкший обращать внимание на все необычные детали зельевар отметил, что на сей раз волосы девушки не распущены, а наоборот, уложены в какое-то замысловатое сооружение. Скрепила же прическу юная ведьма богато украшенной сеткой, которая фиксировалась небольшой изящной палочкой.
Несмотря на то, что профессору хотелось более внимательно рассмотреть необычные украшения Полумны, он заставил себя отвести взгляд. Конечно, маска упивающегося отлично скрывала лицо и не давала возможности отследить, на кого конкретно он смотрел, но всё же рисковать не стоило. Необычные аксессуары юной ведьмы могли быть данью её эксцентричности. Однако за последнее время профессору не раз пришлось убедиться, что за, на первый взгляд, глупыми и нелепыми поступками его учеников кроется хитрость и тонкий расчёт. Так что Снейп не сбрасывал со счетов вариант, при котором своеобразные украшения ведьмы могли служить защитными артефактами.
