Любой подросток может сказать, что он сотни раз «умирал» в какой-нибудь видеоигре. И что единственное, что вызывала эта «смерть» - ощущение досады из-за того, что придется снова проходить уровень или сложного босса. Я и сам много раз злился из-за этого, когда только начинал играть в игру о маленьком белом рыцаре. Иногда мне приходилось даже специально «убивать» рыцаря, если у него оставалось мало жизней перед прохождением сложной локации. Но это все, конечно, не идет ни в какое сравнение с жизнью, где нет сохранений и жизнь всего одна. В реальном мире жизнь берегут, любят, ценят и скорбят, когда кто-то теряет ее, особенно если этот кто-то – подросток, у которого еще было много лет впереди.
- Что? Пять смертей? – поразился я слишком громко, из-за чего Винни пугливо покосилась на остальных пассажиров троллейбуса. – Но почему же игру не закрыли?
- «Синие медузы» - это не только кучка организаторов в ангаре на окраине города, - назидательно сказала девушка. – У нас есть также несколько юристов, которые способны разрулить любую ситуацию в нашу пользу. Каждый раз это удавалось сделать, ссылаясь на то, что игрок сам нарушил технику безопасности. Короче говоря, это считалось несчастными случаями. Но первые три случая, например, были обыкновенными суицидами.
- Неужели? – сказал я, поражаясь тому, что первоначальная теория Эшер оказалась правдой.
- Да. И с тех пор мы стали отбирать игроков более тщательно. В этом нам стала помогать твоя ненаглядная Венус. Она прошла краткий курс психологического образования и стала проводить собеседования с каждым из претендентов. Так мы отсеивали тех, кто мог воспользоваться игрой для эффектного ухода из жизни.
Тут настал мой черед призадуматься. Венус была кем-то вроде психолога? Вот уж никогда бы не смог представить ее в этой роли. Винни усмехнулась, насмешливо наблюдая за моим лицом.
- А ты думал, что она просто симпатичная ведущая? А вот и нет. Это до сих пор остается ее главной обязанностью. Это уже гораздо позже Майра предложила сделать девушку лицом игры. Но я и так рассказала тебе слишком много. Теперь твоя очередь. Почему ты решил ввязаться во все это?
- Меня попросила моя подруга, - сказал я. – Она считала, что это игра, в которой можно покончить с собой. Теперь я могу сказать ей, что она не была очень уж далека от правды. Я пообещал ей разведать все, что только смогу.
- И тут вмешалась Бланка, - сказала Винни, понимающе кивнув.
- Верно, - признался я. – Поначалу мы подумали, что она-то и хочет совершить суицид.
- И я так подумала, - заметила девушка. – Но я все равно не понимаю, почему Венус допустила ее к игре! Бланка всегда была сама себе на уме, а после той истории…
Внезапно Винни замолчала. А потом и вовсе достала телефон и принялась нервно пролистывать сообщения. Я выждал целых три минуты, а затем осторожно спросил:
- Какой еще истории?
- Прости, Соул, этого я не могу тебе рассказать. Там замешано слишком много людей, - пробормотала Винни. – Могу только сказать, что это связано с гибелью того, кого Бланка очень любила.
Я не стал настаивать. Очевидно, что речь шла бы о смерти Р., а я не горел желанием узнавать все подробности. Парня больше нет – и этот факт ничто не изменит. Это причина, по которой Бланка так упряма и безрассудна.
И дальше мы ехали в одиночестве. Винни снова смотрела в окно, кусала губы, хмурилась. Может, обдумывала предстоящий разговор с Рокси, а может уже начала жалеть о том, что рассказала мне слишком много. Я думал о том, что даже у сухой и слишком серьезной на первой взгляд девушки тоже могут быть какие-то мысли и чувства относительно происходящего. Я-то думал, что Винни чувствует себя отлично, планируя и управляя расписанием игры.
Дверь нам открыли родители Рокси. Я вновь увидел ее мать лицом к лицу, внезапно вспомнив о том, что меня она знает как врача из пригородной больницы. Рядом с ней стоял отец Рокси – высокий мужчина в клетчатой рубашке и с усталыми глазами.
- Добрый день, - вежливо сказала Винни. – Мы бы хотели проведать Рокси. Бедная девочка, пережить такое. Можно увидеть ее?
Она как бы невзначай повернула пакет так, чтобы не было видно логотип «Медуз». Но ее родители все равно смотрели только на меня, будто после этой ночи все парни в мире стали их злейшими врагами.
- Здравствуйте, вы, наверное, помните меня? – поспешно сказал я. – Я в Интернете прочитал о случившемся. Хотел выразить соболезнования.
- Только если Рокси сама захочет вас видеть, - с сомнением ответила ее мать.
- Рокси, милая, к тебе гости, - крикнул отец.
Девочка быстро выглянула в коридор – так, что мы успели увидеть только ее голову.
- Пусть зайдут, - невнятно буркнула она.
И мы поспешили зайти, чуть ли не силой втиснувшись в узенький коридор. Винни продолжала натянуто улыбаться, а родители девочки все также сверлили нас недоброжелательными взглядами.
