Про «окна» это он зря. Крайне опасно заглядывать в окна переходов в другие миры, иногда появляющееся в этом магически нестабильном месте. Неужели здесь снова настолько нестабильно, что точки порывов стали появляться чаще? А как же призванные нами наблюдатели?
— Это была шутка, просто шалость! Подначил ее, что она не сможет. Но она же веда — упрямая! — сбивчиво продолжал парнишка маг. — И когда появилось окно, она в него заглянула. А там он, раненый, истекающий кровью. Окно как обычно было маленькое, но она его растянула, клянусь! Как увидела его там — хвать руками, и растянула. А после вытащила, тут уже я помогал…
Каждое слово как игла в сердце, да так, что под конец стало трудно дышать. И кого вы вытащили из другого мира, неразумные дети? Что за истекающего кровью незнакомца достали? Из другого мира можно притащить кого угодно!
— Ортис, мужчина не должен подвергать девушку опасности, тем более заставлять заглядывать в точки разрывов между мирами. Это чревато! Ты должен защищать девушку, а не гробить ее! Даже на спор! Иначе какой из тебя маг и защитник? — не удержался от выговора Нордвиг, и продолжил нетерпеливо. — Что было дальше?
И давно Нордвиг сделался таким щепетильным? Сам-то эти хваленые правила соблюдает? Может напомнить ему события определенной давности?
— Ну, вытащили мы его, он оказался без сознания, в крови, — понуро продолжил подрастающий маг с алеющими от выговора старшего ушами, глядя куда-то в землю у себя под ногами. — Риша сказала, что ему нужна вода. А тут как раз в пещере небольшой источник, ну я и отлеветировал его туда.
— И поступил крайне неразумно! — не преминул упрекнуть его требовательный наставник. — Использование магии в этом нестабильной месте запрещено, и может вызвать цепную реакцию. Дальше!
Парнишка вскинулся на его слова и тоскливо вздохнул. Прислушивалась рассеяно, больше гадая и рассчитывая, как скоро могут добраться сестры. Тут точного понимания не было, все же магически нестабильное место выхода.
Даже если воспользоваться заветным камнем, откликаясь на мой зов, координаты исказятся, их выбросит в стороне и придется дойти пешком. А маги прибыли быстро, наверное, парнишка активировал тревожный амулет.
— Риша меня за поклажей отправила, чтобы принес ей необходимое для обработки ран. Там в пещере неплохой, удобный источник, а наши вещи здесь недалеко остались.
На этих словах я невольно вскинулась, глянув на него. Оставить девушку с непонятным и раненым незнакомцем, значит, не побоялся?
— Когда направлялся обратно, появились огоньки. Попытался их поймать в ловушку, опасаясь чужеродной магии, но заклинание отскочило…
И скала ожидаемо обрушилась, завалив проход — нестабильная порода, использование магии в месте стихийного прорыва.
Какое нелепое, идиотское стечение обстоятельств! Дочь осталась запертой в толще горы с неопознанным незнакомцем. Не падите с неба звезды!
Парнишка маг испугался выставленных нами наблюдателей. Мерцающие огни призваны нами следить за прорывами, и реагировать в случае опасности. Какие неприятные откровения об ухудшении обстоятельств!
Тихий близкий хлопок, и к моей шее крепко прижался Яшка, нервно попискивая. Почуял, что хозяйка волнуется и примчался утешать. Потерся мордочкой о мою щеку, успокаивая, обнимая за шею, крыльями-лапами.
Черныш теперь накрепко обосновался в Трединстве. Что хорошо понятно и объяснимо — кому как не мудрому фамильяру приглядывать за молодой ведой и ее хозяйством, наставлять, да учить уму разуму? Такое ответственное дело теперь в ведении Маи.
А Яшка фамильяр подросток, расти и расти под моим присмотром. Даже говорить пока не научился, это у них с возрастом и мудростью приходит. Только люди неразумными балакать начинают да агукать.
— Выпей! — передо мной на столе появилась кружка с травяным настоем.
С появлением Яшки мне стало ощутимо спокойнее, не одна в творящемся хаосе. Придут сестры, и мы обязательно достанем Наришу из каменной толщи. Обязательно!
С укором посмотрела на мага, выделившего мне такое подношение. Выпить что-то из его рук, я не настолько потеряла разум! Фыркнула, выдержав его раздраженный взгляд.
— Успокоительное, не больше! — раздраженно отозвался он. — Ты же наверняка чувствуешь состав трав?
В том то и дело, что меня оглушило и чутье затихло. Оно было да, но нестабильное и размытое, все нацелено только на толщу скалы и Наришу, отрицая прочие обстоятельства.
«Не стану пить!», — сообщила этому наглецу упрямым взглядом.
Ситуацию разрешил любознательный, а может просто внимательный Яшка. Слез с моего плеча на стол, заглядывая в выставленную железную кружку с травяным варевом.
Внимательно понюхал, чихнул одобрительно, довольно пискнув что-то на своем языке, и снова полез мне на плечо — обнимать, греться и утешать. Он всегда такой, внимательный, трепетный и сочувствующий очаровашка летучий мышь.
Точно, эмпат! Как дорастет до разговоров, обязательно сам обо всем расскажет, а пока только пищит негромко, но много, очень разговорчивый.
