Страхи… они нашептывают о печальных возможностях, предлагая остаться в знакомом и понятном, не рисковать, примеряя новую роль, придерживаться прежних границ. Словно в удобном, давно обжитом кресле, укутавшись мягким, знакомым и уютным пледом. Зачем идти куда-то вперед, если и здесь неплохо?
Многие веды недоумевали, как я могу отказываться от земель? Такого не бывает, веда и земли словно единое целое. Но, разве нам ведом наш путь? И кто-то до конца знает, что нас ждет, какие вехи определила Всеблагая.
Отказаться от земель и заниматься живыми ключами в моем случае. Разве не очевидно? Для меня да, так же как для хитрого мага, уверенного в моем выборе. Уж он постарался, чтобы мне было зачем вернуться в поместье и задержаться.
Сестры, тоже осознавали, но принимали каждая по-своему. Как обычно, через призму собственных страхов, чаяний и надежд. Многие смотрели жалостливо, наверняка считая, что отказ от земель и связь с магом скорее испытание, нежели дар.
Некоторые с интересом, ожидая продолжения истории. Но всех вполне устраивала моя новая занятость с живыми ключами. Кто-то же должен решать эти вопросы, а прежние роли давно распределены.
Мне предстояло решать новую задачу с нуля: набрать команду, определить стратегию, проработать правила. И самое главное, разобраться, как именно взаимодействовать с живыми ключами. В нашем поколении их не было и надо поднимать старые записи.
Целый вал работы! И Черныш пригодится, как свидетель существования живых ключей.
Среди вед тоже имеются старожилы, их еще предстоит расспросить. За выслугой лет они ушли на покой, посвятив себя личному, оставив текущую возню следующим поколениям, то есть нам.
— А я за тебя рада! — в пику Радонице произнесла Заряна, стрельнув в сторону той осуждающим взглядом, и продолжила для меня с улыбкой. — Зови на помощь, если понадобиться. И постарайся действовать рассудительно, откинув прежние обиды. Позволь переменам войти в свою жизнь, — наставляла с улыбкой она, обнимая.
— И помни, он тоже мог измениться. Так бывает, — прошептала она еле слышно, призывая меня к благоразумию, не понаслышке зная, как эмоции могут перевешивать, дурманя разум, толкая на импульсивные и подчас необоснованные поступки. Справиться с прежним отношением к магу и принять их новый уровень непросто. Так и прорываются сомнения, прошлые обиды накатывают, напоминая.
— Подумать только Мира — ты и маг! У меня нет слов! — сказала подошедшая Франциана, скупо поджимая губы, одарив меня разочарованным взглядом.
Одна из нашей верхушки, равная со мной. Свое отношение и недовольство она не скрывала, но и открыто высказываться и противиться не решилась. Ограничилась скупыми взглядами, несколькими вскользь брошенными осторожными фразами и молчаливым осуждением.
Но и она понимала, на все воля Всеблагой, в данном случае выраженная совершенно очевидно. И молча возмущалась, недоумевая, не готовая принять подобные перемены.
— Надеюсь, подобное не станет общей практикой? А то лиха беда начало! — недовольно высказалась она, одергивая юбку, длинный подол зацепился за ветку ближайшего кустарника. — Сначала Мая и Марсиваль, теперь ты. Почти тенденция, не находишь? — произнесла она с ухмылкой, но не стала задерживаться, устремилась прочь, покидая нашу компанию.
Заряна недовольно, осуждающе покачала головой, провожая ее взглядом. А Радоница скривилась, демонстрируя отношение к удалившейся. Осторожную Франциану она недолюбливает, хотя и конфликтовать им незачем.
Как у нас принято, встреча с сестрами случилась после заката. Лето отгуляло и первые осенние дни незаметно подкрались вместе с более ранней темнотой и вечерней свежестью. Еще зеленый лес шелестел листвой, готовясь украситься золотом.
Веды расходились, покидая место встречи. Некоторые спешили, другие собирались группками и переговаривались, что-то обсуждая, как наша небольшая компания особо за меня переживающих.
— А я не удивлена! — сказала рассудительная Наинель, присоединяясь к нам. — Это было очевидно! Еще тогда, в Гиблых горах, когда он вызвался спасти Ришу. Мужчины такие предсказуемые, если что-то делают, точно для себя, — резюмировала она, пожав плечами.
Радоница на ее слова негромко фыркнула, отворачиваясь. Что именно ей не понравилось, осталось загадкой. У нее в личном непонятно, притяжение и страсть с оборотнем другого мира. Да только как им быть вместе, если он вожак стаи?
Бросить свой мир, обязательства веды, свои земли и уйти к нему? А там ее кто-то ждет и примет в новой роли? Или он откажется от имеемого и выберет наш мир и ее? Полная неопределенность или скорее неразрешимость. И сжигающая страсть, в которой не сдержаться.
— Захочет быть с тобой, приложит усилия, — продолжала, не обращая ни на что внимания, как обычно прагматичная Наинель. — Но и ты уж не молчи, направляй, озвучивая свои желания. Чтобы он точно знал, что требуется и не тратил силы на разведку и выдумывание, — не оставила меня наставлениями она.
