- Изменила, - холодно ответил этот бандит, - ни одна сучка не смеет мне рога наставлять.
И Кшиштоф понял, что его скорее убьют, если он не согласится молчать. И он молчал.
- Наверное, не красивый поступок, - вздохнул он, и посмотрел на чашку с кофе, и блюдце с пирожным, поставленные перед ним официанткой, а я попробовала кусочек, и вздохнула.
- Ты не при чём, иначе бы тебя убили, - и хлебнула кофе, - и что теперь?
- А что теперь? – улыбнулся Кшиштоф, - теперь всё будет хорошо. Того типа застрелили при одной разборке, я случайно репортаж увидел, где-то в Колумбии. Так ему и надо, лучшей судьбы он просто не заслуживает. А ты молодец, даже про Барбару узнала. С чего ты взяла, что она дочь Анастасии?
- Мне бы это и в голову не пришло, - я отправила в рот очередную порцию десерта, - да только весь Интернет только о том и судачит, что старшая Мильтон, не родной ребёнок. Просто так ничего не бывает, это я знаю, как журналист, и пресса может так огрести за недостоверные сведения, что мало никому не покажется. У нас в издательстве без моего ведома, пока я была в отпуске, взяли нового сотрудника, моего заместителя. К начальнику по блату обратились, и он не отказал, а сотрудник этот такого успел наворотить за время моего отсутствия, что просто ужас. Я это к чему? А к тому, что я пол дня сегодня разбирала его материал, и требуя достоверные сведения, и разрешения на публикацию. Мы не жёлтая пресса, а интеллигентный глянец, с определённой репутацией. В Интернет, конечно, тоже, что не попадя выкладывают, но тут ситуация обстоит иначе. Это компьютерный глянец, точнее, одна лондонская газета имеет платный блогер в Интернете, и я специально навела справки, и выяснила, что он так же дорожит репутацией, как и наш журнал. И что это значит? Значит, информация подлинная.
- Только это тебя вдохновило? – улыбнулся Кшиштоф.
- Я просто поняла, что информация правдивая, и связалась с главным редактором газеты. И выяснилось, что эту информацию им продал один французский герцог. Я связалась с аристократом, на что он заявил, по большому секрету, что его сын имел связь с Джессикой. Вообщем, перезваниваясь с Англией и Францией, я докопалась. Барбара – дочь Джессики и одного французского герцога, короче, аристократка до мозга костей. А брат Джессики просто отнял у нерадивой матери ребёнка, и удочерил. Потом я поговорила с Барбарой, и она мне сказала, что знает, что её отец на самом деле является ей дядей. От неё никто и не скрывал, но девочка оказалась благородной, видимо, французские гены сильнее, она решила отдать сокровище подруге. Кстати, когда я получила информацию на Каролину, то сразу вспомнила, как она заорала, что она голубых кровей, когда я её мордой по полу возила. Вообщем, одно на одно наложилось, - и я горестно вздохнула, посмотрев в окно, где в это время кружились жёлтые листья, и лил дождь, а душе колыхалось нечто, дотоле мне неведомое.
Осень – пора очень красивая, и мне хотелось писать о ней стихи. Что-нибудь лиричное, и тонкое, и в голове крутились рифмы. Что со мной? От неразделённой любви потянуло на поэзию?
Да, пани сумасбродка в своём репертуаре. Господи, как бы я хотела, чтобы Димка был рядом.
Эпилог.
Джессика – Анастасия получила пятнадцать лет колонии строгого режима, что, на мой взгляд, чудовищно мало, учитывая всё то, что она устроила. Убийство, двойное покушение, сговор, и тому прочая ерунда, но судья вынес приговор.
Вспоминали ещё казино с организованным киллерским бизнесом, но за это её к ответственности привлечь не смогли, а я сидела, и думала: старый граф сейчас, на том свете, наверное, ухмыляется. Он хотел отомстить дочери, вздумавшую опозорить его аристократическую фамилию, и теперь она предстала перед судом. Анастасия, лучше так её буду
называть, привычнее, на суде была предельно откровенна.
Призналась во всём, вероятно, именно раскаяние ей помогло, а вот Каролина была приговорена к максимальному сроку,
который даётся женщинам.
Она плевалась в судью огнём, твердила что-то об аристократических корнях, на что получила ответ прокурора.
- Хорошо, принимая во внимание тот факт, что по крови вы англичанка, хоть и на четверть, вас депортируют в Англию. Тем более, что вы застрелили подданного королевства Великобритании. Кстати, там и мужчины, и женщины равны, за такое количество трупов отправляют на виселицу.
