— Но так ведь было не всегда! — настаивала девушка. — Двадцать тысяч лет назад здесь все было иначе!
— Ну, двадцать тысяч лет назад — может быть! — Белые зубы проводника делали его улыбку ослепительной.
Рохан рассматривал коппие. Каменный холм определенно произвел на него впечатление.
— И много здесь таких? — спросил он.
— Здесь — немного! — ответил проводник. — Но там, — он кивнул в сторону Трансваальского хребта, — много. Их любят павианы! Поедем к реке, мистер Дейн, — предложил он. — Сейчас это самое интересное место!
— Да, — сказал Рохан, с трудом отводя взгляд от каменного конуса. Почему-то вспомнилась Ирландия.
Лендровер катил по саванне со скоростью миль двадцати. Только невысокие акации нарушали однообразие ландшафта. Зато животных становилось все больше: зебры, канны, импалы, большие куду, жирафы, деликатно объедающие верхушки акаций. Не было только слонов
Наконец впереди показалась желто-зеленая лента реки.
— Эй! — воскликнула Фло. — Остановите, пожалуйста!
В тени одинокой акации расположилась самка-гепард с двумя малышами. Она, раскинув лапы, лежала на спине, а котята, энергичные пятнистые мячики, прыгали вокруг, то и дело используя материнский живот в качестве горки.
— Хотите взглянуть поближе? — спросил проводник, останавливая машину и протягивая Фло бинокль.
Едва девушка поднесла его к глазам, самка села, стряхнув с себя детенышей. Теперь она внимательно смотрела на группу антилоп, пасшихся примерно в пятистах шагах от нее. В бинокль Фло прекрасно видела ее оранжево-желтые сосредоточенные глаза и две черные полосы, пересекавшие нос.
Хищница поднялась. Медленно, с опущенной головой, на слегка согнутых ногах она двинулась к антилопам. Малыши, предоставленные самим себе, тут же притихли, затаились в траве. Гепард подходил все ближе к добыче. Одна из антилоп, перестав щипать траву, подняла голову. Самка моментально застыла с поднятой лапой и стояла так, пока антилопа вновь не начала есть. Только тогда хищница продолжила движение. И всякий раз, когда какая-нибудь из антилоп поднимала голову, гепард замирал. Прошло уже минут пятнадцать, а самка не сделала и пятидесяти шагов. Фло положила бинокль на колени и упустила момент, когда антилопы почувствовали присутствие врага. После некоторого замешательства они отошли шагов на сто и продолжали пастись.
Однако гепард перестал скрываться и вернулся к детенышам.
— Поехали? — предложил проводник. — О нет! — тут же добавил он. — Смотрите!
К реке приближалась еще одна группа антилоп.
— Теперь она будет удачливей! — сказал проводник.
— Почему? — поинтересовалась Фло.
— У одной из антилоп что-то с ногой.
Гепард преобразился. Он уставился на хромавшее животное, потом лег на землю. Желтая трава полностью укрыла хищника. Антилопы не замечали опасности: ветер дул от них.
Охотница выждала, пока между нею и добычей осталось шагов триста, и ринулась вперед, с каждым прыжком наращивая скорость. Антилопы, увидев гепарда, бросились наутек. Причем хромавшая скакала с той же быстротой, что и остальные. Но хищница уже избрала жертву.
Перепуганная антилопа метнулась влево, вправо, но нет, ей было не уйти. Живой снаряд ударил ее, сбив с ног. Антилопа, перекувырнувшись, ухитрилась снова встать на ноги, но хищница достала ее ударом лапы, сшибло и через миг клыки гепарда сомкнулись на горле жертвы.
Проводник включил мотор. Лендровер подъехал поближе. Гепард лежал на своей добыче и громко пыхтел. На людей он не обращал внимания.
«Идеальная машина для убийства!» — подумал Рохан, вспоминая размытые очертания летящего в воздухе тела.
Подбежали котята, запрыгали вокруг, обнюхивая и покусывая добычу. Самка поднялась. Все еще тяжело дыша, она схватила антилопу за шею и поволокла к акации. Один из детенышей повис, вцепившись в тушу. И проехался до самого дерева. В тени самка оставила добычу и легла в стороне. Ее небольшая голова быстро поворачивалась, озирая окрестности. Котята с рычанием принялись рвать жертву., Рохан посмотрел на возбужденное лицо Фло, не отрывавшей глаз от бинокля. Ему самому зрелище не казалось привлекательным. Вспоротый живот газели, вывороченные внутренности…
— Может, поедем? — предложил он. — Ты же хотела взглянуть на слонов?
— Я знаю место, где они пьют, мистер Дейн! — сказал проводник.
— Поехали, — нехотя согласилась Фло, не отрываясь от бинокля.
В этом зрелище, в том, как маленькие, пушистые, очаровательные зверьки превратились в окровавленных фурий, было нечто исконное, первосущностное. Нечто возбуждающее и притягательное, воздействующее прямо на спинной мозг, минуя сознание.
Фло вздохнула и положила бинокль на сидение. Саванна показалась ей пресной, как кукурузная лепешка без соли.
Проводник не солгал. Через каких-нибудь десять минут они увидели слонов.
Водитель остановил машину на довольно большом расстоянии.
— Не стоит, мэм! — сказал он в ответ на пожелание Фло подъехать поближе.
Шестеро серых гигантов топтались на берегу. Время от времени один или другой запускал хобот в воду, желтую, как гоголь-моголь, и, набрав побольше, совал хобот в рот. Уши их жизнерадостно раскачивались.
