— Лейтенант занят собственной работой. Здесь, на острове, и с тем количеством солдат, которое сейчас под моим началом, я, разумеется, управлюсь! Но если придется расширить зону действий, как мы планируем…
— В этом случае я найму вам столько офицеров, полковник, сколько вы сочтете нужным! — важно произнес Вулбари.
Веерховен разглядывал Раххама. Они были примерно одного возраста. И африканец был таким же типичным представителем-лидером своего народа, как Рихард — своего. Так полагал сам Веерховен. Если бы он лучше разбирался в антропологии, то заметил бы в секретаре Вулбари примесь арабской крови. Скользнув глазами по противоположной стене, он обнаружил в дюйме над верхним краем окна крохотный «глазок» телекамеры. Интересно, знает ли о нем Еджав Вулбари? Вполне возможно, что нет. Оборудование Веерховена было установлено до того, как шейх переселился на Козий Танец.
Рихарда разбудил зуммер. Прежде чем взять трубку телефона, лейтенант взглянул на часы. 01.37. Он спал чуть больше двух часов.
— Да! — сказал он хриплым спросонья голосом.
— Лейтенант! — услышал Веерховен голос оператора. — В секторе двадцать три — движущийся объект!
— Заблокируйте систему уничтожения! — приказал Рихард. — Я сейчас спущусь!
Встав с постели, он быстро оделся, ополоснул лицо и в 01.42 уже садился в свое кресло в КЦ.
Система поражения была отключена, но, переведя изображение на собственный дисплей, Веерховен убедился, что в этой предосторожности не было нужды. Объект не имел двигателя и не представлял из себя значительной массы металла. Компьютер не смог идентифицировать его, но сам Веерховен сделал это без труда, как только объект оказался в пределах дальности приборов ноктовидения. Рыбачья лодка, маленький парусник, двигавшийся к западному побережью острова.
Выдвинув ящик стола, Рихард вытряхнул на ладонь розовую капсулу и отправил в рот.
Сначала лейтенант предположил, что парусник движется наугад, не предполагая, что впереди — земля: на западной стороне Козьего Танца определенно не было никаких огней. Но потом Веерховен сообразил, что сейчас — полнолуние. Значит, конический силуэт острова должен быть отчетливо виден на фоне более светлого неба. Лейтенант перешел на инфракрасный диапазон и обнаружил, что команда парусника состоит из трех человек. Рыбаки?
Что-то было не так. Что?
«Огни, — сообразил Рихард. — Парусная лодка идет к острову, не зажигая огней. Подозрительно. Уничтожить?»
Рука Веерховена повисла над клавиатурой. Одно прикосновение — и от лодки останется груда дымящихся щепок. А от трех людей и вовсе ничего не останется…
Человек, стоявший на носу лодки, то и дело наклонялся.
«Промеряет глубину», — догадался лейтенант.
Парусник двигался медленно, время от времени меняя галс.
Веерховен вывел на экран общие данные: скорость, отсчет времени, предположительное время нахождения в зоне поражения…
Второй человек на носу лодки стоял неподвижно. В руках он держал длинный предмет. Оружие?
Веерховен нажал клавишу…
— Глубина — восемнадцать футов! — сообщил Рохан, сидящий на корточках рядом со стоявшим, расставив ноги, Тарарафе.
Африканец, сжимая в руках ружье, вглядывался в темную поверхность океана. Зрение у чернокожего было как у кошки.
Остров медленно вырастал, заслоняя звездный ковер неба. Черная громада без единого проблеска.
— Влево! — скомандовал Тарарафе, углядевший впереди светлую полоску рифов.
Океан был —гладким, как стекло. Полная луна висела прямо у них над головами. Чудесная ночь. Светлая, тихая. Идеальная ночь для того, чтобы пристать к неизвестному острову. Если только на берегу их никто не ждет. Что ж, даже в лунную ночь не всякий глаз обнаружит парусник, бесшумно скользящий по воде. Мысленно Рохан похвалил предусмотрительность Тарарафе.
— Глубина — двадцать!
— Еще влево! — произнес масаи.
Запах океана смешивался с запахом рыбы, пропитавшим их лодку. Слабый шум прибоя могли уловить только чуткие уши африканца.
«Таким ходом мы подойдем к острову минут через тридцать», — подумал Рохан.
Будь сейчас день, можно было бы обойти остров и подыскать наиболее подходящее место для высадки. Но ночью даже Тарарафе это не удастся.
— Глубина — двадцать один фут!
Ноздри охотника-масаи осторожно втягивали воздух. Он пытался учуять дым или что-нибудь еще. Но при абсолютном безветрии вряд ли это удастся. На чернокожем не было ничего, кроме набедренной повязки и пояса с ножом и боеприпасами в водонепроницаемой упаковке. До острова скорее всего придется добираться вплавь. Непросто, учитывая вес его ружья. Но он управится! Интересно, много ли в здешних водах акул?
— Еще влево! — произнес Тарарафе. Кажется, полоса рифов кончается? Да, верно!
— Двадцать три фута! — сообщил Рохан.
— Правее! Прямо к берегу! — распорядился Тарарафе.
Рохан услышал, как за его спиной хлопнул парус.
Теперь нос лодки глядел прямо на Козий Танец…
— Двадцать футов…
Веерховен нажал клавишу, и в спальне полковника раздался звонок.
— Да!
Бейсн отозвался так быстро, словно уже держал руку на трубке.
— У нас — гости, сэр! — сказал Рихард.
— Кто?
— Рыбачья лодка!
