До границы Пустоши я добрался только к вечеру. В этих местах при приближении к ней всё оказалось точно таким же, как я уже видел ранее на востоке. Сначала начала желтеть трава и листья на деревьях, затем они и вовсе исчезли, а вскоре и сами деревья сменились сухостоем. Лес превратился в пустыню за несколько километров до границы серых песков. Я устроился у сухого ствола повалившегося дерева и разжег костёр. Если верить информации, добытой Крестом, то в ближайшее время рядом с Пустошью никого из легионеров появиться не должно. Они делают вылазки на охоту раз в месяц. И так как предыдущая группа вернулась только на днях, у меня есть как минимум пара недель. В принципе, даже если бы воины Легиона охотились здесь постоянно, это не остановило бы меня. Слишком невелик шанс столкнуться с ними в огромной Пустоши, где видимость составляет менее сотни метров.
На днях мне удалась узнать, что раньше Легион не выставлял никаких патрулей за городом. То, что мы столкнулись с легионерами на подходе к Кострову, было случайностью. Всё дело в том, что в последние недели активизировались обитающие в округе хищники, вследствие чего участились их нападения на поселения людей. Весна, знаете ли. Да, зима в новом мире оказалась совсем не той, к которой я привык. После Пришествия климат изменился кардинально. Настолько, что люди больше никогда не видели снега. Да и морозы остались только в легендах и древних книгах. Услышав однажды, как я в детстве сломал руку, катаясь на лыжах, Ками долго ещё расспрашивала меня о зиме и всех сопутствующих ей природных явлениях.
В общем с приходом весны природа здесь практически никак не меняется. Разве что хищники начинают вести себя активнее, и легионерам приходится помогать местному населению защищать от них город. Я лично считаю, что жители Тарии подвергаются опасности из-за запрета охоты в этой стране. Слишком низкий средний уровень горожан позволяет хищникам вдоволь порезвиться в городе, если им удаётся прорваться в него. Например, в Белом Городе подобное в принципе невозможно. Любой взрослый житель там без особых проблем может в одиночку справиться с практически любым зверем.
По моему мнению, запрет на охоту был введён именно ради того, чтобы держать уровень жителей Тарии как можно более низким. Это снижает шанс на успешный бунт. Если вдруг население взбунтуется, они вряд ли смогут добиться своих целей, ведь противостоять им будут намного более высокоуровневые легионеры. А с чего бы людям бунтовать? В принципе, живут они вполне нормально. Да, существуют кое-какие перегибы с теми же Свидетелями, которые имеют слишком большую власть на местах, но человечество существовало так тысячелетиями. Даже в моём времени большинству населения планеты приходилось жить в гораздо худших условиях. И не смотря ни на что, Деус боится народа, которым правит. Боится, что даже со способностью превращать людей в послушных марионеток, он может потерять власть. Другого объяснения запрету охоты я просто не нахожу.
Есть одна причина, по которой жители Тарии могут восстать против Деуса. По крайней мере, я вижу только одну. И причина эта - задание по открытию Врат. Оно висит в интерфейсе каждого человека, прошедшего испытание. К тому же, в отличие от жителей двенадцати городов, местное население прекрасно знает, где эти самые врата находятся. Да, сменились уже целые поколения, и все понимают, что попытка выполнить задание, вероятнее всего, приведёт к смерти. Ведь за прошедшие со времён Пришествия три столетия многие смельчаки пытались проникнуть в замок, построенный вокруг Врат, чтобы открыть их. Все эти люди закончили одинаково. Их попытки оказались смертельными. И всё же это задание постоянно напоминает людям о том, как когда-то давно была захвачена власть в Тарии. Не даёт им забыть, что теперь они вынуждены существовать, подчиняясь законам, которые им навязали эти захватчики.
Глядя на пламя костра, я в очередной раз задался вопросом. Почему Деус так и не открыл Врата? Сделай он это, и огромная проблема мгновенно решилась бы. Выполненное задание исчезло бы из интерфейсов жителей Тарии, а уже через несколько лет о нём бы и вовсе забыли. Я не верю в то, что человек, в подчинении у которого имеется целая армия преданных ему воинов, не может собрать четырнадцать частей Спатиума. Значит, существует иная причина. И причина это настолько существенна, что Деус готов мириться с постоянными рисками возникновения недовольства среди своих подданных.
Вопросы, связанные с заданием, в последнее время стали волновать меня всё больше. Если ни Деус, ни его предшественники не захотели открыть Врата, то смогу ли я сделать это? Получится ли у меня устоять перед тем соблазном, который не дал людям, проделавшим этот путь намного раньше, завершить начатое? По силам ли мне преодолеть новое испытание? На все эти вопросы у меня нет ответов. Однако есть чёткое понимание, что найти их мне поможет только движение вперёд, к своей цели.
