— Ты совершенно права, — Маркиз предпочитал не спорить с ней в такой момент, — но тут, понимаешь, охрана… И дверь на ночь запирают…
— И слышать ничего не хочу! — отрезала Лола. — Ты должен, ты просто обязан меня спасти!
Она прервала разговор, сложила телефон и раздраженно бросила его на столик. Хорош Ленька! Сам же объявил себя самым ловким мошенником всех времен и народов, а сам, когда в нем возникла такая острая необходимость, ничего не может сделать!
Она сидела в кровати, уставившись на окно, и ждала.
Когда сил ждать больше не было, телефон на столике снова задребезжал.
— Ну где же ты? — прошипела Лола, услышав голос Маркиза.
— Понимаешь, у них по всему периметру сигнализация… — виноватым голосом проговорил Леня, — причем очень серьезная сигнализация. Последнее слово охранной техники. Так что до самого утра мне не удастся проникнуть на территорию санатория. Может быть, ты сама спустишься и передашь мне контейнер через ограду?
— Я?! — Лола была так изумлена, что вскрикнула в полный голос, разбудив при этом Пу И. — Да как ты мне можешь такое предлагать? Спускаться в темноте с балкона, пробираться зимней ночью среди заснеженного леса… я замерзну, я потеряюсь, заблужусь среди сугробов… и это еще не самое страшное! А если этот убийца караулит меня внизу, под балконом? Ты об этом не подумал?
На самом деле ее больше всего в словах Маркиза разозлило то, что он думал только о своем злополучном контейнере, о том, чтобы Лола передала его через ограду… а кто передаст через ограду ее саму — этого у него и в мыслях не было!
— Ужасный человек! — пробормотала она, повернувшись к Пу И, потому что больше ей не с кем было разделить свое возмущение. — Черствый, бездушный, холодный эгоист! В самую опасную минуту, когда он так нужен, оказывается, что на него нельзя рассчитывать, и я остаюсь совершенно одна, наедине с опасностью!
— С кем это ты там разговариваешь? — подал голос Маркиз.
— Не твое дело! — огрызнулась Лола.
Тем временем Пу И окончательно проснулся, отряхнулся, как будто сбрасывая с себя остатки сна, и тихонько рыкнул, как самая настоящая собака. Казалось, он говорил хозяйке: «Ты вовсе не одна! Как ты могла забыть обо мне? Я всегда готов грудью встать на твою защиту!»
— Пуишечка, ты у меня золото, — Лола ласково погладила песика, — я тебя, конечно, очень люблю, но чем ты мне можешь помочь?
— Ты совершенно права! — донесся из трубки оживленный голос Маркиза.
— О чем это ты? — подозрительно осведомилась Лола.
Она привыкла, что ее деловой партнер никогда, ни при каких обстоятельствах не признает ее правоты, и последняя фраза очень ее удивила. Не только удивила, но и насторожила. Если Леня готов признать ее правоту — значит, он что-то задумал.
— Так в чем конкретно я права? — переспросила Лола.
— Во всем, — отозвался Маркиз, — и в том, что тебе нельзя спускаться с балкона, потому что там может подстерегать убийца. Даже если он не убьет тебя, он поймет, что контейнер уплывает из его рук, и изменит свои планы. Впрочем, то же самое произойдет, если я попытаюсь пробраться к тебе. Но ты права и в остальном…
— Это еще в чем?
— В том, что Пу И у нас — настоящее золото и сейчас мы можем рассчитывать только на него!
— Ты что — пьян? — холодно осведомилась Лола.
— Ни капли, — ответил Маркиз, — даже кока-колы не пил. И если ты немного подумаешь, ты поймешь, что я прав. Впрочем, насколько я могу слышать, Пу И тоже со мной согласен.
Действительно, Пу И очень героически зарычал, как будто понимал, что хозяева обсуждают его несомненные достоинства, и готов был показать их на деле.
— Что ты предлагаешь? — Лола недоверчиво поглядывала на песика, который вздыбил шерсть на загривке и демонстрировал готовность к подвигам.
— Я предлагаю, чтобы ты прикрепила контейнер к его ошейнику и спустила Пу И с балкона. А потом… потом я его позову. От вашего корпуса не очень далеко до ограды, он добежит до меня и принесет контейнер… это совсем не сложно!
— Об этом не может быть и речи! — отрезала Лола. — И на этом дискуссия заканчивается!
— Не торопись с решениями! — перебил ее Леня. — Не ты ли много раз повторяла, что Пу И у нас — самая настоящая собака?
— И слушать ничего не хочу!
— При этом он очень маленький, поэтому может проскользнуть незаметно…
— Нет, нет и нет!
Лолиному возмущению не было границ.
— Вот что, дорогая! — неожиданно Ленина интонация изменилась. — Дело очень серьезное! Или ты делаешь то, что я говорю, или я уезжаю, и выпутывайся как хочешь!
И тут же из трубки донеслись короткие гудки.
— Тиран! — проговорила Лола в трубку, но Маркиз этого уже не слышал.
Лола поняла, что ее компаньон не изменит своего решения.
Она отлично чувствовала, когда с ним можно спорить, когда можно капризничать, хныкать, устраивать маленькие, хорошо отрепетированные скандалы, а когда нужно только молча повиноваться.
Кроме того, злополучный контейнер самим своим существованием ужасно действовал ей на нервы. Она смотрела на него, как на ядовитую змею, свернувшуюся возле кровати, и не могла представить, что останется с ним один на один до самого утра.
