«После спокойной ночи в первой половине дня вновь усилился беспокоящий огонь противника. Это могло означать только предстоящее новое наступление русских. Тем более неприятным стал тот факт, что прекрасно зарекомендовавший себя 506-й ттб был выведен с плацдарма и из полосы дивизии в принципе. Взамен на плацдарм прибыл один „Элефант“ 653-го батальона тяжёлых истребителей танков. В полдень русские атаковали тонкий фронт плацдарма небольшими силами танков, к счастью, без пехотного сопровождения. После уничтожения одного Т-34 самоходкой 1-й роты 100-го противотанкового дивизиона русские танки снова отошли, возможно потому, что с юга был слышен усиливающийся шум боя. Там солдаты „Фрунсберга“ наступали на север восточнее Стрыпы.
В штабе решили усилить плацдарм. 1-й и 3-й батальоны 227-го полка должны были занять левый и правый фланги позиции соответственно, в то время как 1-й и 3-й батальоны 54-го полка должны были удерживать центральную часть плацдарма. Переброска произошла без помех, ночь также прошла спокойно, не считая привычных визитов „швейной машинки“.
На юге сражение стихло. Солдаты СС выполнили поставленную задачу. Находившийся у Соколова и Соснова 20-й панцергренадерский полк 9-й панцергренадерской дивизии СС „Гогенштауфен“ был снова отведен с фронта. На севере контакт с соседом опять отсутствовал. К счастью, русские не горели желанием наступать и ограничились действиями против плацдарма Злотники.
В течение следующих дней противник неоднократно безуспешно атаковал плацдарм небольшими силами. 13-го в ходе атаки один русский танк был уничтожен прямым попаданием снаряда орудия 2-й батареи 83-го артиллерийского полка, еще один так сильно поврежден огнем 5-й батареи, что его эвакуировали два „товарища“.
Очистка плацдарма была уже давно решенным вопросом. Свою оперативную задачу — связать как можно больше сил противника — он выполнил, и приказ об отводе фронта на западный берег Стрыпы не стал сюрпризом. В ночь на 14 апреля отход начался. Отходили организованно, избегая любого шума. Русские не заметили отхода. Саперы в течение последних суток имели достаточно времени для того, чтобы заминировать дороги и дать волю своей фантазии при обустройстве ловушек в восточной части Злотников. Еще в течение многих дней после отхода были слышны взрывы, если, например, несчастливый Иван хватался за стул, к ножке которого была прикреплена мина-растяжка.
