…К ночи все затихло. Перекурив в ладошку, мы с башнером решили поглядеть на это немецкое чудо. У меня был особый интерес. Еще одной ихней машине я в дальнейшем бою, с короткой дистанции, все-таки почувствовал, что пробил борт! А про первую держал в сомнении. Мне казалось, что не пробил я ей броню. Так чего ж она загорелась? Почему? Я это хотел непременно узнать перед завтрашним боем.
„Фердинанд“ № 502 1-й роты 654-го батальона тяжёлых истребителей танков, подорвавшийся на фугасе в районе станция Поныри — совхоз „1-е Мая“. В бортовом бронелисте рубки заметен открытый лючок для стрельбы из личного оружия, заглушка повисла на цепочке. На заднем плане справа виден сгоревший „Фердинанд“ № 523 того же подразделения.
Мы добрались уже глубокой ночью, и, представьте себе, что оказалось: не пробил я ее своими снарядами, ни одним! А все же она сгорела. В броню в самой середке, выше ходовой части, врезались прямо рядышком четыре моих снаряда, сделали язвы в кулак, но броню не пробили.
Стали разбираться, влезли внутрь через задний люк и вроде поняли — против того места, куда я бил, изнутри закреплены дополнительные баки с горючим. И когда я ударил несколько раз по одному месту, то, наверно, от силы ударов, от детонации, начался пожар. Потому сначала и показался только слабый дым — корпус плотный, пробивного отверстия нет, дым сперва только просачивался, а потом уж факел!
Мы со Степаненко ощупали всю броню кругом и убедились, что в лоб ее не возьмешь, а в борт с близкой дистанции можно, а если попасть в это место, где баки, то можно зажечь и с дальней»[15].
Красноармеец, оказавшийся в кадре на предыдущем фото «Фердинанда» № 502, позирует фотокорреспонденту, облокотившись на боевую рубку поверженного истребителя танков.
Сегодня имя лейтенанта А.В. Ерохина и его отличия на поле боя зачастую удостаиваются иронии:
«Был ли автором этого „охотничьего“ рассказа сам Ерохин или имела место журналистская инициатива… Ничего, кроме грустной улыбки, это повествование вызвать не может»[16].
В действительности же экипаж его «тридцатьчетвёрки» сражался храбро и умело, только за 5–7 июля 1943 г. уничтожив три танка «Тигр». Тягаться с «Фердинандами» Ерохину по всей видимости, не довелось, но как бы то ни было, описание якобы выведенной им из строя самоходки совпадает с повреждениями машины № 602.
6 июля боевые действия начались с возобновления наступления XLVIII танковым корпусом Лемельсена в 3:30. Два часа спустя он сообщил по телефону, что обеспокоен слабостью 20-й танковой дивизии и потребовал передать ему из XXIII корпуса хотя бы одну роту «Фердинандов». Модель согласился с ним, но приказал перебросить даже две роты, а не одну. Однако все эти распоряжения были сделаны слишком поздно, поэтому «Фердинанды» пропутешествовали за линией фронта почти до полудня[17].
