Водитель, присланный Булатом, слегка бледнеет и с подозрением глядит на меня в зеркало заднего вида.
Мягко улыбаюсь ему и снова ловлю ладонью ощутимый пинок.
- Всё в порядке, Иван. Не волнуйтесь.
Я понимаю его переживания. Ещё бы: в машину ввалился огромный колобок на ножках. Да ещё и в свадебном платье.
Да, да, сегодня день нашей с Булатом свадьбы. Да, на тридцать седьмой неделе беременности. Потому что незадолго до родов я поняла, что в ближайшие пару лет мне будет не до свадьбы, там бы поспать лишний час другой. И решила напоследок оттянуться, так сказать, по полной.
Торжество приходилось постоянно откладывать по разным обстоятельствам: сначала меня мучал дикий токсикоз, которого не было с Варюшей. Меня воротило буквально от всего, особенно от мяса. Порой я даже просыпалась посреди ночи и обнималась с белым другом, который стал мне как родной. На этом фоне я пару раз даже полежала в больнице под капельницами.
После того, как токсикоз отошел, я впала в спячку. Пару раз Рахимов нашел меня спящей за рабочим столом и на диванчике в кабинете. После чего через час принес мне подписанный им же приказ об отпуске с последующим выходом в декрет.
- Но я хочу работать! – возмущалась я, на что Булат лишь снисходительно улыбался. Мол, ворчи, ворчи, всё равно всё будет так, как я сказал. – Беременность не болезнь. Я вот сегодня высплюсь, а завтра уже смогу выйти спокойно на работу…
Но я ошиблась. Следующие два месяца я спала, как коала. Могла проснуться, поесть и снова спать. Разумеется, мне было глубоко фиолетово на организацию свадьбы.
А потом у меня открылось кровотечение, и меня положили в больницу на сохранение. Булат так перепугался, что после выписки берег меня похлеще Кощея свое злато. Запретил мне какие-либо стрессы, волнения и расстройства, и мы решили отложить свадьбу. До рождения детей.
Да, да, детей. Судьба так решила подшутить над чайлдфри Рахимовым, что подкинула ему после характерного Одуванчика сразу двойню.
Хихикаю, вспоминая, как сообщила Булату о беременности.
Несмотря на то, что в тот вечер мама уговаривала нас остаться на ужин, Булат был категоричен.
***
- Нам нужно домой. Я соскучился, - опаляет меня горящим взглядом так, что глупая и счастливая улыбка расползается по губам, щёки окрашиваются румянцем.
- Да, мам. Мы поедем. Ужин там… Стынет…
- Ааааааа, - тянет мама, криво усмехаясь и глядя на нас по очереди. – Ну, раз ужин стынет…Тогда, конечно.
Дома я всё-таки быстро накрываю на стол, пока Одуванчик и Булат моют руки. Проверяю заветную коробочку с сюрпризом, ставлю греться горячее.
И вот в самый торжественный момент я подаю сюрприз Булату. Руки дрожат, внутри все сжимается и разжимается от волнения. Хоть Булат и признался в любви, у меня шалят гормоны, и я всё равно боюсь его реакции на новость о беременности. Всё ещё терзают сомнения.
Одновременно с открытием Булатом заветной коробочки я улавливаю запах горячего, которое готовила ещё утром. Глубоко дышу, но меня всё равно сдувает в уборную. Где добрых три минуты знатно полощет.
- Кудряш! Что случилось?! Открывай сейчас же! – Булат колотит в дверь так, что в какой-то момент мне кажется, что он её просто вынесет.
Когда я выползаю в коридор, белая, как полотно, меня там встречает такой же белый Булат. Классная у нас семейка: бледные родители и ребёнок, который смотрит на нас, выпучив глаза.
- Мама, ты что, съела какую-то ерунду?
Если бы, дочь…
Я опять чувствую рвотные позывы и вихрем залетаю в уборную. Снова изрыгаю содержимое желудка.
- Так, я вызываю «Скорую», - заявляет Булат. Решительно достает мобильный и уже набирает номер.
- Подожди, не нужно «Скорую». Все в порядке…
- В порядке?! – возмущается Рахимов. – Ты второй раз вызываешь ихтиандра, и это ты называешь в порядке?! Отравление – это очень опасно!
- Ужин, - стону, чувствуя приближение нового приступа.
- Что «ужин»?
- Вынеси мясо на лоджию… Пожалуйста…
Булат смотрит на меня во все глаза и выглядит весьма комично. И, если бы не мое состояние, я бы обязательно посмеялась…
Рахимов резко разворачивается на пятках и идет в сторону кухни. Бормочет себе что-то под нос «ох, уж эти женщины…хрен их поймешь…».
Когда мой организм немного успокаивается, я привожу себя в порядок и выползаю на кухню. Там Булат как раз замечает оставленную впопыхах коробочку. Вертит ее в руках, напряженно хмурясь.
- Открой, - выдыхаю и от напряжения закусываю нижнюю губу до крови и сцепляю пальцы за спиной.
Булат косится на меня. После моего «представления» и странной просьбы он не особенно торопится выполнять и эту.
- Там сюрприз, - нервно улыбаюсь.
- Папочка, ну, что там? – Одуванчик скачет вокруг отца юлой. – Открывай скорее! Сюрприз - это же так круто!
- Мне уже не по себе…
Но всё-таки Рахимов раскрывает волшебную коробочку. И несколько долгих секунд смотрит, не мигая. Вчитываясь в написанное на электронном тесте.
- Мамочка, ты обещала сюрприз! – заявляет с претензией дочь. Она достает оттуда крошечные носочки и растерянно вертит в руках. – А сюрприза нет! Есть только какие-то носки! Они мне маленькие! А моей кукле большие! И палочка какая-то дурацкая…