И вот она вцепилась в лацканы пальто Булата и присосалась к нему, неприлично прижимаясь всем телом с утра пораньше. Рахимов, уверена, приобнял бы такую красотку, но его руки заняты огромной охапкой роз. И даже тут он джентльмен – не позволяет даме нести такую тяжесть.
Я в… шоке, если выражаться цензурно. Настолько, что в первые секунды не испытываю совершенно никаких эмоций. Просто смотрю на эту парочку, которая застыла прямо по центру крыльца, и которую тактично обходят сотрудники, сворачивая шеи им вслед.
Я мазохистка. Мой организм определенно издевается надо мной. Вместо того, чтобы развернуться и бежать, застываю изваянием и наблюдаю за ними.
Похоже, Булат Рахимов не подарок судьбы, как я думала ещё каких-то полчаса назад, а мое личное проклятие. Который будет раскатывать меня катком из раза в раз.
Вокруг кипит жизнь: кто-то кружит, ищет место на парковке, кто-то бежит, потому что опаздывает на работу, а кто-то слишком громко ругается по телефону. У всех привычная жизнь, а меня как будто вырубили, поставили на паузу, как в кино. Ещё и чувства отключили. Наверно, поэтому я не бьюсь в истерике, не рву на себе волосы. Мне как будто лошадиную дозу обезболивающего ввели. Я ничего не чувствую. Ни-че-го. Отходняк накроет меня позже.
Эта сладкая парочка отлепляется, Булат что-то бросает своей любовнице и входит в офис. Она почему-то хмурится, складывает руки на груди и притоптывает на месте. Чем-то недовольна? И даже цветов не забрала…
А, впрочем, это уже неважно. Это не мое дело.
Наконец-то внутри что-то щелкает, и я начинаю приходить в себя. Чувствовать. Холод, например. И внутри и снаружи. А ещё горечь. От обиды, предательства и слез на губах. И вот только сейчас чувствую, как в груди начинает зиять и кровоточить дыра. Потому что оттуда вынули сердце и растоптали.
Теперь мне все ясно. Теперь все становится на свои места, и получается цельная картинка.
Становится ясно, почему Булат всё ещё против других детей, хотя у него уже есть «готовая» дочь. Становится ясно, почему он говорил мне о любви и верности – потому что у него ко мне этих чувств и в помине нет!
Это не мой мужчина. И, кажется, никогда им не был…
Кобеля только могила исправит.
Интересно, сколько у него таких…моделек? Как подумаю, что он сначала с ней, а потом со мной…Тошнит хуже, чем во время пика токсикоза. Яркой вспышкой мелькает мысль, что нужно будет сдать анализы на все инфекции.
Разворачиваюсь на пятках и широким шагом иду прочь от офиса. Я туда больше не вернусь. Не смогу. Не выдержу…
Я почти подхожу к дому, когда телефон в моём кармане начинает звонить. Не глядя, отключаю звук. Нам, разумеется, придется поговорить, но не сегодня. Сегодня я умерла.
Прохожу в квартиру, и меня встречает счастливая Варюша.
- Мама? Ты уже пришла?!
- Да, Одуванчик…
На автомате произношу милое прозвище, данное Булатом нашей дочери, и получаю очередной удар в сердце. На этот раз собрать себя по кускам будет гораздо сложнее – все о нем напоминает. Вся моя жизнь пропитана Рахимовым. Даже эта квартира пахнет им, и каждый уголок напоминает и душит, душит…
- И ты не пойдешь на работу? – Варюша сдувает со лба кудряшку и смотрит с недоверием.
- Не пойду…А хочешь, мы сегодня прогуляем твои занятия?
- Прогуляем? – ахает дочь, и ее глаза загораются от счастья. – А можно?
- Один раз можно.
- Ураааааа!!! – Варюша кружится на месте, хлопая в ладоши. – А что мы будем делать?
- А поехали к бабушке в гости, а?
Дочь тормозит и угрожающе хмурится.
- А папа? Мы же ему сюрприз готовили!
Одуванчик, сама того не понимая, ножом ковыряет свежую рану. Больно, аж дыхание перехватывает, и слёзы выступают.
- А мы… мы другой сюрприз ему приготовим.
- А, я поняла! – снова расцветает от счастья Одуванчик. – Мы будем прятаться у бабушки, а папа нас искать?!
И я надеюсь, он нас не скоро найдет…
Но мои ожидания не оправдываются.
Уже к обеду в квартире мамы раздается требовательный звонок. Она ещё не открыла дверь, а я уже уверена, что это Булат. От этого внутри всё съеживается. Я подтягиваю колени к груди и сильнее кутаюсь в халат.
В коридоре слышится возня, а следом радостный вопль Одуванчика:
- Ураааааа! Папочка, ты нашел нас! Так быстро!
- Я соскучился. Вот и приехал пораньше.
Чуть хрипловатый и взволнованный голос Булата скальпелем проходится по сердцу, и новая порция слез не заставляет себя ждать. Утыкаюсь лицом в подушку, чтобы заглушить всхлипывания.
- Я тоже очень – очень скучала, - мурлычет Варюша. Я так и представляю, как она обвивает ручками шею папы и прижимается к нему всем тельцем.
И от этого вдвойне обиднее. Что Рахимов предал не только меня, но и своего ребёнка, которого обещал оберегать.
- А где мама, Одуванчик?
- Она в комнате, - Варя сразу же сникает. - Иди скорее, поцелуй ее. Она без тебя очень грустит…
Моя маленькая девочка… Ты ещё не знаешь, что с твоим папой мне будет ещё хуже…