– И не перепроверишь? – хмурюсь я, покачав головой.
– Я читал электронный вариант, меня всё устроило. Не думаю, что ты будешь меня подставлять и что-то менять, – пожимает он плечами.
– А вдруг там мелким шрифтом пункт, где ты отписываешь мне дом? – едко усмехаюсь я.
– Значит, я буду сам виноват, – на его губах тёплая улыбка, и я окончательно расслабляюсь.
– Я смотрю комната уже готова к переделке. Быстро вы тут управились. Распродавал вещи? – отмечаю, что розовые пионы без остальной мебели не выглядят такими уж аляпистыми.
Вполне можно их закрыть серой мебелью или другой, более спокойных оттенков. Впрочем, замечаю отодранный кусок и вздыхаю. Уже нельзя.
– Да, я тут пытаюсь избавиться от этих ужасных пионов, – Сергей кивает головой в сторону того странного куска.
– Вижу. Трудно представить, что богатый мужчина будет этим заниматься, – почему-то и сама не могу скрыть улыбки, разглядывая эту изюминку интерьера.
– Я и сам не мог представить эту картину, но… – Сергей делает паузу и вздыхает. – Демонтажника обоев под Новый год не найдёшь, даже в три дорога, а я был готов заплатить любую цену. Только после каникул, а столько ждать мне невтерпёж. Да, честно, я не умею этого делать, вот уже час колупаюсь с одними обоями, Аркадий смеётся, а я страдаю.
Почему-то мной руководит жалость. Понимаю, что не могу бросить этого смелого мужчину в беде.
– Ты мне доверишься? – спрашиваю, а у самой сердце стучит в горле.
– Почему бы и да? Сможешь меня научить?
Слышу этот вопрос и неожиданно для себя смеюсь. Удивительно: я буду учить взрослого богатого мужчину отдирать обои.
Как удивительна, всё-таки, бывает жизнь…
Наверное, это выглядело слишком глупо и смешно со стороны: взрослый, тридцатилетний дядька не знал как содрать чёртовы обои. Аркадий отказался помогать даже за деньги, ремонтников на демонтаж не вызвать, а эти розовые пионы уже в печёнках стояли.
Ковырялся в стенах, словно идиот, подозревал, что что-то делаю не так. Не мог понять, что конкретно.
– Ну, во-первых, на сухую мало какие обои сходят, – нравоучительно завела разговор Катя. – Всё-таки, клей крепкий, не стоит пытаться его отодрать. Что обои, что клей здесь качественные, – согласно кивнул, услышав её слова. – Во-вторых, без инструмента в руках тоже бесполезно работать.
– Смотрю, ты спец, – сделал комплимент и с наслаждением заметил, что Катя немного покраснела. – Хорошо, рассказывай, что и как нужно делать.
– Для начала нужны ведро воды и тряпка. Можно распылитель, если есть. Из инструментов подойдёт шпатель, канцелярский нож. Что-то острое и плоское. И тут нужно быть аккуратным – иначе можно пораниться.
Кивнул и вышел в гостиную, чтобы найти Аркадия. Тот, похоже, подслушав наш разговор, уже вернулся из своего сарая с инструментом и вручил мне длинный плоский предмет (я догадался, что это шпатель) и ведро с тряпкой.
– А можно мне с вами? – поинтересовалась у меня скучающая Юся.
Аркадий молча протянул ещё и распылитель. Я же искренне удивился, что все эти вещи есть у меня в доме.
Чувствовал себя не мужчиной, а его подобием. И ведь раньше меня совершенно не смущало то, что я ничего не умел делать по дому.
Удивительно, что это изменилось с первыми обоями, которые нужно было отодрать.
Эх, отодрать бы кое-что другое… Или кое-кого. Вздрогнул, удивившись своим мыслям. Поспешил их отогнать.
– Дядь Сергей, можна? – голос Юси вернул меня в реальность.
Кашлянул, потому что не ожидал, что меня так назовут. Дожил. Совсем недавно тридцать исполнилось, а тут я вдруг дядей стал. Старею…
– Умеешь пользоваться этой штукой? – потряс распылителем. – Нужно максимально забрызгать обои.
– Конечно умею! Брызгаться вообще моё любимое занятие! – обрадовалась Юся, и я вместе с ней.
Значит, управимся гораздо быстрее.
Налил воды в обе ёмкости и вернулся в спальню.
– Вот Аркадий дал нам инструменты… Юся хочет присоединиться, ты не против? – спросил у Кати, потому что не имел права без её разрешения эксплуатировать труд ребёнка.
– Ма, можна? – законючила Юся, а я искренне умилился её словам. – Я буду брызгаться!
Катя строго посмотрела на меня, потом на свою дочку. Тяжело вздохнула и кивнула.
– Давай, брызгай докуда достанешь, а мы будем срывать эти ненавистные обои, – улыбнулась Катя своей дочери.
И теперь я умилился их общению. Отвернулся, начав мочить тряпкой стены. Не рассчитал – не до конца выжал тряпку, и чуть ли не вся вода оказалась на моей футболке.
Осознав провал, вздохнул и снял футболку, поймав на себе смущённый взгляд Екатерины.
Следующие минуты показались мне приятной вечностью. Мы оказались слаженной командой (как мне показалось). Юся забрызгала все стены, а мы шпателями отковыривали обои. Когда я отодрал свой первый большой кусок, я радостно вскрикнул.
И ещё я впервые испытал новое, неизведанное мне ранее чувство: на мгновение представил, что мы семья, которое всё делает вместе и не ругается. И это показалось мне настоящим блаженством, неизведанным ранее…
