Он положил на стол вчетверо сложенную газету. В глаза бросалась широкая черная рамка. Дорис прочла набранное жирным шрифтом сообщение: «Вчера, в 18 часов 12 минут, на шоссе Милан — Рим, в результате автомобильной катастрофы погиб подданный США голландский граф Ганри ван Гойен. Тело усопшего отправляется родственникам в Америку».
Дорис прочла раз, другой, третий. Ударила кулаком по столу и в бессильной злобе крикнула:
— Ну почему, почему?!
Путилов сидел со скорбно опущенными плечами, опустошенный.
Дорис не плакала, только горестно покачивала головой.
— Что делать? Значит — судьба, — нарушил молчание Путилов и встал. — Чем я могу служить вам, Дорис?
Она посмотрела на него рассеянно:
— Чем же тут служить? Надеюсь, мы останемся друзьями...
Он поцеловал ей руку.
— Теперь я вам более верный друг, чем раньше...
Это и был газетный вариант, о котором говорил Фриц.
Гай исчез из Берлина, чтобы больше сюда не возвращаться. Его ждала новая работа в другой европейской стране.
